Он так нежно любил её в этот раз, она так страстно и мягко отвечала ему, но в какой-то момент он резко изменил темп и превратился в сильного хищника, оправдывая своё имя. Движения их стали частыми, грубыми, дикими. И оба опять достигли экстаза друг за другом. Она со счастливым вздохом прижалась к его груди, приходя в себя, а потом, оттолкнувшись, постепенно погрузилась в воду. Набрав в лёгкие воздуха, нырнула и затаилась в глубине, не закрывая глаз.
Совсем скоро увидела его погружающееся тело. Играя, схватила его за ногу, дёрнула, отпустила и вильнула в сторону, стараясь спрятаться. Он понял её манёвр и бросился к ней. Она рванула вверх. Глотнув воздуха, опять нырнула и повернулась к нему и улыбнулась: его глаза тоже были раскрыты. Они обхватили друг друга руками и всплыли, отдышавшись, опять нырнули. Он с восхищением, которое даже не пытался скрыть, смотрел на неё, на её плавающие вокруг головы в свободном парении волосы, через которые проходили рассеянные косые солнечные лучи, на тело, напомнившее скульптурные изваяния античных красавиц.
Она же была очарована его великолепным телом, где каждой мышце в своё время в тренажёрном зале было уделено достаточное количество времени, чтобы тело смотрелось сейчас идеально.
Они вынырнули, опять забрались на камень и посидели так немного.
- Если мы с тобой сейчас не вернёмся, к вечеру знатно обгорим, Лео, и будешь ты, да и я тоже, напоминать курицу гриль.
- Да, нам пора возвращаться.
Глава 10
Надев купальник и трусы, они поплыли назад. Опять были рядом и продолжали наслаждаться обществом друг друга. Лео вдруг почувствовал, что ему впервые так комфортно в женском обществе. Инна не лезла к нему с расспросами, не занимала его голову пустой болтовнёй, не показывала, насколько она эрудирована: она так же, как он, наслаждалась покоем, свободой и умопомрачительным сексом и не скрывала этого. Фантастические обоюдные ощущения. Они доплыли до берега, вышли на горячий песок. Она вдруг стремительно наклонилась и что-то взяла. Выпрямилась и протянула ему руку в кулаке. Разжала её: на ладони лежала маленькая, выбеленная морем ракушка.
- Я дарю её тебе на счастье, Лео, - и засмеялась негромко, только для него. – Ей понадобилось так много лет, чтобы сохраниться и попасть сегодня к тебе.
И он почувствовал всю интимность момента, взял ракушку, притянул девушку к себе и легко поцеловал в щёку, благодаря. Он был тронут.
Они соединили руки и так дошли до своего места, где уже всё было приготовлено: расстелено большое пёстрое покрывало, на нём поставлена плетёная корзинка, наполненная и прикрытая сверху белой платяной салфеткой, на углу лежала её сумка.
- Давай сначала в душ, - предложила он, и она согласился. Площадка находилась недалеко от них. Душ – две длинные, рассчитанные на высоких людей водопроводные трубки с распылителями наверху выходили из плитки, которой была выложена вся площадка, и тянулись рядом вверх.
Стоя под прохладными ручьями пресной воды, они оба видели друг друга. Они одновременно встали под струи и с наслаждением смыли соль с сухой кожи. Вода лилась сверху, попадала в глаза и рот, если девушка поднимала голову. Было весело, она потешно отфыркивалась. Он над ней подтрунивал. Вернулись под пальму освежёнными, опять рука в руке, и голодными.
Ей очень понравилась его забота, она с интересом стала выкладывать содержимое корзинки и обнаружила среди прочих вкусностей спелое, налитое зелёное яблоко и, не сдержавшись, погрузила в него зубы, чувствуя, как рот наполняется кисловатым вкусом.
- Божественно, - прошептала, как только прожевала и проглотила ароматную мякоть, повернулась к мужчине и замерла: дыхание перехватило от его горячего наблюдающего взгляда.
Она невольно отложила яблоко в сторону, продолжила выкладывать содержимое. Увидев бутерброд, протянула сразу ему, сказав:
- Ты же любитель мяса, как я понимаю.
- Ты не ошиблась.
Веля красиво разложила всё, что достала, на салфетке. Они с удовольствием поели, затем вместе убрали остатки и вытянулись в тени пальмы. Девушка почувствовала, что кожа её горяча, и поняла, что пересидела на солнце. Уговорила себя потерпеть, потому что уходить категорически не хотелось. В пекло они не вышли из тенька, после, когда жар немного спал, они ещё раз перекусили, достав из новой корзины, которая появилась, когда они были в море. Затем перебрались к самой кромке воды и сидели рядом, наблюдая за тем, как ленивая волна, медленно набегая, неторопливо лижет их ноги. За весь день каждый из них сказал минимум слов, а прожито и прочувствовано было очень много. Митяев называет лето маленькой жизнью, у Вели и Лео было ощущение прожитой маленькой жизни за этот день. Они невольно наблюдали друг за другом, делали в памяти зарубки. За весь этот бесконечный день они не вспомнили о своих бывших половинах, и это было замечательно.