- Если также ездите, как ваша спутница, то – пожалуйста.
- Конечно, также… - пробормотала про себя Дарья, - может, даже лучше.
Спортсмен, находящийся рядом, подсадил её с руки, и та, осадив быстро и ловко немного норовистого коня, поскакала за матерью. Они дали круг и вернулись к заждавшимся наездникам радостные, улыбающиеся.
- Сколько с нас? – мелькнула малахитовым взглядом Анастасия, ловко соскакивая с коня и подходя к мужчине. Тот потрепал по крупу животное, осмотрел его, затем глянул искоса на подъехавшую Дарью. – Ничего вы не должны.
- Огромное спасибо! – поблагодарила Анастасия. – Прекрасные лошади, чудесная выездка.
Поцеловала в щёку потрясенного спортсмена, - по-видимому, старшего, затем в морды коней, откуда-то на её ладони взялись кусочки сахара, которые быстро слизнули шершавые языки животных. Беззаботно рассмеялась, огладила крупы и, подхватив за руку дочь, помчалась вперёд.
- Мама, ты ведёшь себя как девчонка! Чёрт побери, что с тобой? – топнула ногой Дарья. – Или ты рассказываешь? Или…
- Или ты станешь ругаться со своей матерью? – рассмеялась Анастасия. – Хочу в душ и спа-а-ать! – чмокнула звонко дочь в щечку. – Хочу-у-у!
- Вот если бы с тобой не была, решила бы, что ты пьяная!
- А я и есть пьяная! От радости и … – одновременно что-то печальное мелькнуло в тоне матери, что Дарья несколько растерялась.
- Ма-а-а!
- Доня! Наш автобус! Бежи-и-им!
Они влетели в свой маршрут почти в последнее мгновенье, остановились, переглянулись и, не выдержав, звонко расхохотались. Пассажиры по инерции тоже заулыбались, глядя на влетевших счастливых женщин.
Уже дома, переодевшись и приняв душ, мать и дочь встретились в гостиной. В глазах матери Дарья заметила небольшую «грустинку» - как она говорила в детстве. Анастасия приготовила холодный какао для них.
- Ма, может, поделишься, что с тобой происходит после поездки? У тебя зацепилась «грустинка», ощущение, словно ты её хочешь выплакать. – проговорила Дарья, отпивая какао.
Женщина всмотрелась в дочь. И вдруг девушку осенило: её мама…
- Ма, ты… - прошептала Дарья, - ты влюбилась? – и прижала ко рту свои ладони от избытка эмоций.
- Да, Дашонок, и, по-моему, очень сильно. Думаю, это скоро пройдёт, а может, и нет… узнаю через несколько недель… - у Анастасии навернулись слёзы, когда невольно прижала свои руки к животу.
- Боже!.. Мама!.. Ты… беременная? – охнула от понимания дочь.
- Не знаю пока, но не исключаю такой возможности… - вздохнула женщина.
Дочь отставила кружку на столик, подсела к ней на диван, обняла крепко мать, прижала к своей груди её голову, поглаживая волосы.
- Мама, не волнуйся, мне кажется, у тебя будет всё отлично. Даже если ты и беременна, воспитаем! Слышишь, прорвёмся. – дальше девушка размышляла вслух - Вот бабушка с дедушкой удивятся, если появится внук, о котором они мечтали. А то всё внучки. Представляешь, в царстве трёх внучек появится дедовская гордость – внук!
Слёзы лились уже у обеих. Светлые слёзы.
Анастасия засыпала со счастливой улыбкой: она воспитала хорошую, отзывчивую дочь.
13.
- Да что ж такое! Второй день не дают покоя! Кто там так трезвонит! Сейчас! – ворчала разбуженная со сна Дарья, вслед за ней со второго этажа всклокоченная, запахнувшись в шелковый халат, спускалась Анастасия, расчёсывая руками волосы. Звонок громыхал по всей квартире. – Господи! – девушка посмотрела в глазок и громко прошептала: – Ма! Там какие-то мужчины!
- Подожди, давай я. – женщина глянула в панорамное отверстие и простонала от узнавания будивших. – О-о-ох! Не может быть!
Она обхватила своё лицо, похлопала по нему, затем привычным жестом погладила его, успокаиваясь, и откинулась на дверь, откуда слышались глухие мужские голоса, звонок вновь разлился по квартире.
- Что? Ма? Кто это? – тревожный тон дочери ворвался в трепыхавшие встревоженными птицами колибри мысли Анастасии.
- Как я выгляжу?
- Как? Как всегда утром! – хмыкнула дочь. – Открывай, а то соседи полицию вызовут!
- Ну что ж! – женщина собралась духом и зашуршала замками. – Ну, здравствуйте, гости дорогие! – раскрыла настежь дверь. - И чего вы переполошили весь дом? – командный тон добавил ей уверенности.