- Вы не переживайте, Михаил Андреевич, я вашу дочь буду оберегать и заботиться о ней. Я очень люблю Асю.
- Да, донь, съездила отдохнуть и подлечиться… - хмыкнул иронично, но с лёгким удивлением отец.
- Папа… - тон с мягким укором остановил отца, и вдруг он удивился ласковому жесту, с которым она поймала руку француза, который как-то в жесте хотел её защитить от него, отца, но чуть сжала, а тот перехватил её пальчики и накрыл своей ладонью, словно две летящие птицы.
У пожилого мужчины тёмно-зеленые глаза вспыхнули неожиданно тепло: любят друг друга – это радовало, главное – француз любил.
Через некоторое время гости попрощались, так как захотели отдохнуть от перелётов в гостинице. Дарья увязалась с дедом. Этьен задержался. Они стояли во дворе дома, провожая взглядом «Субару» отца Анастасии, который решил подвезти гостей, затем незаметно переместились в беседку на детской площадке.
- Ты очень нужна мне, Ася, - Этьен выдохнул, обнял желанную женщину сзади, нежно прикоснулся губами к основанию её шеи сзади, отчего она застыла, а мурашки уже привычно затанцевали по позвоночнику и спустились к пояснице. – Хочу засыпать, держа в своих объятиях, просыпаться и видеть тебя. Люблю твою улыбку, твой смех, твою грусть и слёзы. Хочу… Я хочу прогнать тревогу из твоих глаз, хочью сделать тебя счастливой. Ведь ты так мне и не ответьила, Асья.
Анастасия вздохнула, повернулась в его руках, вдыхая терпкий аромат его одеколона, цитрусовый, смешанный с мускусным запахом мужского тела. Подняла на него глаза, отразившиеся в его, в которых плескалось синее море нежности.
- Я… согласна быть твоей женой, Этьен.
- Ассья, я самый счастливый мужчина на свете, - задохнулся от радости Этьен, крепко обнял и нежно, затем ласковым напором обрушился на любимую, целуя губы, лицо, шею…
- Этьен… - задыхаясь от такого страстного порыва, попыталась вывернуться Анастасия, уже не сдерживаясь от нахлынувшего, словно ураган, огромного счастья.
- А что это вы тут делаете, Анастасия Михайловна? – прозвучал юношеский голос.
Женщина с мужчиной повернулись на голос, не отрываясь друг от друга.
- А разве не видно, молодой человек, - выгнул бровь Этьен.
- Ну-ну, здесь дети гуляют, а вы целуетесь, взрослые люди…. Ай-яй-яй… - укоризненный тон подействовал на влюблённых.
Взрослые прыснули и убежали, смеясь и держась за руки, в дом…
Мальчишка двенадцати лет сощурил от солнца глаза и осуждающе смотрел вслед:
- Места мало, что ли? Вот же ж люди… То же мне, взрослые, ведут себя, будто дети. О-хо-хо…
В квартире влюблённые бросились друг к другу в объятия.
- Красивые у тебя братья, - подначила Анастасия Этьена, оторвавшись от него и сделав шаг назад.
- Не понял, они тебе понравились?
- Конечно, разве такие не могут не понравиться? – усмехнулась женщина. – Особенно Жорж. Чувствуется, донжуан.
Этьен хмыкнул.
- Вот сорок восемь лет человеку и никак не угомонится!
- Я услышала невольно их разговор в ванной…
- Дай угадаю. Он хотел подкатить к тебе?
- Сокрушался, что не может этого сделать из-за того, что дал тебе слово не приставать к «его женщине». Это правда, Этьен?
- Конечно, любимая, ты – МОЯ женщина! – припечатал Этьен и жадно припал к приоткрытым губам Анастасии.
Еле оторвавшись от поцелуя-урагана и вырвавшись из объятий, она хитро глядела на задыхающегося от избытка эмоций мужчину и поманила его за собой наверх, в свою спальню. Этьен, не отрывая от неё потемневшего взора, чувствуя зарождающееся желание в паху, медленно поднимался за ней.
Одежда по отдельности планировала по квартире: рубашка и ремень оказались на перилах, на коридорной люстре повисла футболка, джинсы остались комом на полу, мужские трусы полетели вслед за бриджами на трюмо, сваливая косметику. Женское бельё оказалось по очереди на шкафу и стуле. Счастливый смех и стоны-всхлипы раздавались по жилью, разбрызгивая отпечатки эха по всей квартире, словно шампанское… Через время мужской страстный рык и женский стон-крик взметнули находившихся на лоджии голубей вверх, в небо. Туда же улетели души влюблённых, слившись воедино и вернувшись назад, в подрагивающие тела.
- Ассья, любимая, почему ты сразу не сказала, что согласна? – Этьен одной рукой поглаживал грудь Анастасии, а другой обнимал, прижав к себе. Женщина слегка застонала от ласки, затем повернулась лицом к возлюбленному, угнездилась в его объятиях, подняла на него глаза, яркие от страсти.
- Понимаешь, Этьен, я испугалась… - тёмная бровь удивлённо взметнулась. – Испугалась, что это шутка.