Выбрать главу

— Довольно! — отстранила крылатого кровопийцу, присосавшегося пиявкой. — Помнишь того вампира, что последним рассказывал историю у костра? Герман назначил мне встречу сегодня. Слетай и проверь, ждет ли он у питьевых фонтанчиков?

— «Исполнять! Я все исполнять. Эллиот рад служить хозяйке! Эллиот лететь и смотреть, где быть молодой вампир!»

Проводив летучего мыша скептическим взглядом, я поспешила к месту встречи. Может, еще успею? Если даже Герман там появился, то наверняка застал Фарцеву с подружками. Сойдет за правду, если сослаться, что не хотела себя выдавать, пошла прогуляться и заблудилась.

Я спешила, будучи уверенной, что теперь справлюсь с любыми трудностями. Наличие амулета окрыляло, я периодически касалась его рукой, проверяя через кофту, на месте ли он. Не потерялся ли снова? Казалось, что я даже видеть в темноте лучше стала, а человеческое тело наполнилось кипучей энергией. Во всяком случае, усталости я не ощущала и уж точно не хотела спать.

Эллиот успел слетать и выполнить поручение, доложившись, что молодой вампир приходил к месту встречи, но столкнулся там с Фарцевой, Кочкиной и Стародубцевой. Вместе они отправились к спальным корпусам младших отрядов. Поручив слуге следить за Германом и предупредить о его появлении, я занялась подготовкой к встрече.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

До столовой тут рукой подать, я быстро добежала до пищеблока и забралась через окно в пустой зал. На столах, заставленных перевернутыми стульями, стояли наборы с солонками и перечницами. Я пробежалась по помещению, вытряхивая соль в вафельное полотенце, которое утащила с крючка у рукомойника.

Выбралась тем же способом и, не оставляя следов, вернулась к питьевым фонтанчикам. Прикинув, где ловушка будет менее заметной, палкой прочертила на земле круговую борозду. Затем засыпала получившуюся канавку солью и замаскировала травой. Ловушка простейшая, рассчитанная на дурака. Если вампир не заметит ее и шагнет внутрь, то выйти обратно не сможет, пока его кто-нибудь не выпустит. Будь он в моем мире, то утром с восходом беспощадного солнца кровопийца сгорел бы в очищающем огне. Жаль, что светило тут совершенно другое. Оно доставляло лишь легкий дискомфорт, связанный со вбитыми на подкорке рефлексами пережидать дневные часы в безопасности. Но на этой ловушке я хотела проверить другую вещь, существует здесь все-таки магия или нет.

Завершив приготовления, я присела на корточки с внешней стороны круга. Одной рукой взялась за амулет, придававший уверенности, а другой коснулась соленых крупинок. Пробормотав заклинание, я представила, как магия запитывает контур и наполняет его силой. Возможно, мои усилия не принесут результата. Я действовала вслепую, потому что человеческое тело не приспособлено к видению магических потоков. Но, если только все получится, амулет станет моим тайным козырем и проводником в мир магии.

— Эллиот, проверь, бродит ли кто-нибудь живой поблизости, — приказала слуге, затаившемуся в ветвях деревьев.

С легким шорохом листьев мышь сорвался исполнять поручение. По возвращении он доложил, что девушки пробрались в спальные корпуса младших групп и метят спящих детей белой пастой. А вампир только что вышел из дальнего домика и направляется сюда.

Так, надо бы дать ему понять, что я уже здесь. Пусть поторопится! Я набрала полную грудь воздуха и позвала:

— Эй, здесь есть кто-нибудь? Оля, это вы? Девочки, хватит шутить. Идемте уже спать, а то поздно уже.

Не выпуская кулон из рук, я отступила в тень деревьев. В ночной тишине вампир должен был меня услышать. Хруст веток под ногами только подтвердил, что кто-то направляется сюда. Вот только раздавался он не со стороны жилых корпусов, а из парка, откуда я сама недавно пришла. Прижавшись к стволу дерева, я пожелала слиться с ним, сделаться невидимой.

Тень, приближающаяся к открытой площадке с фонтанчиками, не походила на молодого парня. Скорее, на широкоплечего мужчину, от которого веяло жутью. Судя по тому, что темный человек двигался прямиком на меня, он отлично видел в темноте. Его глаза отсвечивали красным, когда на них попадали серебристые отблески луны.

Кто он такой? Дух? Призрак? Уж не тот самый, о котором рассказывал Герман?