6. В святом мгновении не происходит ничего, чего бы не было всегда. Только завеса, скрывавшая реальность, убрана. Ничто не изменилось. Но осознание этой неизменности приходит быстро, как только отодвинута завеса времени. Тот, кто не испытал исчезновения завесы, не пережил неодолимого влечения к свету за ней, не верит в любовь без страха. Но Дух Святой предлагает тебе эту веру, поскольку он предложил ее мне, и я ее принял. Не бойся, что тебе откажут в святом мгновении, ведь я не отказался от него. Через меня Святой Дух подарит его тебе, как в свою очередь и ты его подаришь. Не дай какой–либо воспринятой нужде затмить твою потребность в этом. В святом мгновении тебе откроется единственная потребность всех Божьих Сыновей, и через это осознание со мною ты соединишься в дарении того, в чем есть нужда.
7. Именно через нас придет покой. Соединись со мной в идее покоя, ибо в идеях разумы общаются между собой. Если ты отдаешь себя, как дарит Свое Я Отец, то ты постигнешь природу этого Я. В ней смысл любви понятен. Но помни, что понимание — от разума и только от него. Знание, следовательно, от разума, и условия знания находятся в разуме вместе со знанием. Не будь ты чистою идеей и ничем иным, ты бы не состоял в полном общении со всем, что было, и что есть. Но покуда ты предпочитаешь быть чем–то иным или пытаешься быть чем–то иным и ничем иным вместе, ты не припомнишь язык общения, который тебе доподлинно известен.
8. В святом мгновении вспоминается Господь, а с Ним — язык общения со всеми твоими братьями. Подобно истине, взаимное общение помнится совместно. Нет исключений в святом мгновении, поскольку прошлое ушло, а вместе с ним уходит любая предпосылка для исключений. Лишившись своего источника исчезает исключение. А это позволяет твоему Источнику, единому и для твоих братьев, заместить исключение в твоем сознании. Бог и Его Могущество займут свое по праву место в твоем сознании, и ты ощутишь полное общение идей с идеями. Через подобную способность ты постигаешь кто ты такой, ибо осознаёшь, что представляет собою твой Творец, а заодно и Его творения.
VII. Ненужная жертва
1. За жалкой привлекательностью особых отношений любви и постоянно заслоняемое ими, стоит могучее влечение Отца к Своему Сыну. Нет никакой другой любви, способной удовлетворить тебя, поскольку нет никакой другой любви. Только такая любовь и дарится, и возвращается сполна. Будучи целокупной, она ничего не требует. Будучи непорочной, она соединяет всех, обладающих всем. Это не базис для взаимоотношений, в которых может появиться эго. Любые отношения, в которые приходит эго, — особые.
2. Эго заводит отношения всегда с одною целью — что–то получить. Дарующего оно держит при себе, опутав его виною. Эго неведомы отношения без гнева, ибо оно считает гнев залогом дружбы. Это не формулировка эго, но его цель. Ведь эго и вправду верит в свою способность заполучить и удержать партнера, обременив его виной. В этом его единственная привлекательность, столь слабая, что от нее не осталось бы и следа, если бы кто–либо распознал ее. Ведь создается видимость, что эго всегда пленяет любовью, но его вовсе не привлекает тот, кто понимает, что пленяет оно виной.
3. Болезненную привлекательность вины нужно увидеть такой, какая она есть. Коль скоро вина стала для тебя реальной, необходимо пристально в нее вглядеться и, отказавшись от заинтересованности в ней, суметь отречься от вины. Никто не расстается с тем, что считает ценным. Влечение к вине столь ценно для тебя, поскольку ты не вгляделся в ее суть, судил о ней впотьмах. Как только мы доставим вину к свету, единственным твоим вопросом будет: как ты когда–то мог ее желать? Ты ничего не потеряешь, взглянув на нее открытыми глазами, ибо подобной скверне нет места в твоем непорочном разуме. Хозяин, Бога привечающий, не может делать ставку на вину.
4. Мы ранее говорили, что эго пытается поддерживать и углублять вину, но так, чтобы ты не догадался, чем эти попытки тебе грозят. Его центральная доктрина гласит: ты избавил себя от того, что причинил другим. Эго никому не желает добра. Однако его выживание зависит от твоей убежденности, что ты есть исключение в его злокозненных намерениях. Оно обещает, что если ты станешь ему хозяином радушным, оно научит тебя отводить его озлобленность во вне и этим защищать себя. Поэтому оно пускается в череду нескончаемых и бесполезных особых отношений, рожденных в гневе и посвященных одной безумной идее: чем больше злобы ты помещаешь вне себя, тем большую гарантируешь себе безопасность.