4. Именно в особых отношениях, рожденных тайным желанием особой Божьей любви, ненависть эго торжествует. Ибо особые отношения суть отречение от Любви Господней, попытка обеспечить своему я особость, в которой Он отказал. Для самосохранения эго чрезвычайно важно заверить тебя в том, что особость — не ад, а рай. Ведь эго никогда не допускает осознания тобою, что разделение может быть только потерей, будучи единственным условием, в котором немыслим Рай.
5. Для всех Царство Небесное целокупно. Здесь разногласий нет, поскольку это приемлемо как для эго, так и для Святого Духа. Однако Дух Святой и эго полностью расходятся в том, что же такое целокупность и как ее достичь. Святой Дух знает, что целокупность — прежде всего союз, и далее — продолжение этого союза. Для эго целокупность есть триумф и продолжение собственной "победы" к конечному триумфу над Всевышним. В этом оно и усматривает свою конечную свободу, поскольку не остается ничего, способного ему мешать. Такова его идея Рая. Поэтому союз — условие, которому эго не в силах помешать, должен быть адом.
6. Особые отношения — нелепое и противоестественное средство эго в объединении Рая с адом, что и делает их неразличимыми. Попытка же найти воображаемое "лучшее" в обоих мирах приводит лишь к фантазиям относительно того и другого мира и к неспособности их воспринять такими, какие они есть. Особые отношения — апофеоз подобной путаницы. Они есть род союза, из коего исключено единство, попытка единения, основанная на исключении. Можно ли подобрать лучший пример девизу эго: "Искать, но не найти?"
7. Однако, любопытнее всего "концепция я", которую эго культивирует в особых отношениях. Это я стремится к установлению отношений с целью сделать себя полноценным. Найдя же особые отношения, в которых оно, казалось бы, способно эту цель осуществить, оно отказывается от себя, стараясь "обменять" себя на я другого. Но это — не союз; здесь нет ни возрастания, ни продолжения. Каждый партнер старается пожертвовать тем я, которого он не желает, в обмен на я, которое считает предпочтительней. Он чувствует вину за этот "грех", за то, что взяв, не отдал чего–то ценного взамен. Насколько высоко он ценит собственное я, желая обменять его на "лучшее" я?
8. "Лучшим" я, которого так ищет эго, всегда будет совсем особенное я. А некто, обладающий особым я, будет "любим" за то, что у него возможно взять. И когда оба видят это особое я друг в друге, для эго это — "союз, заключенный на Небесах". Ведь ни один из партнеров не понимает, что он испрашивает ада, поэтому он не чинит препятствий созданной эго иллюзии Небес, которую оно и предлагает как противостояние Небесам. Но если все иллюзии — порождение страха, (а более ничем они не могут быть), иллюзия Небес — не более, чем "обольстительная" форма страха, в которой глубоко упрятанная вина всплывает под личиною "любви".
9. Влечение к аду заключено лишь в ужасающем влечении к вине, которым эго одаряет всех, кто отдал свою веру малости. Убежденность в собственной малости лежит в основе всех особых отношений, ведь только чем—то обойденные могут ценить особость. Требование особости и восприятие дарения особости актом любви, обращает любовь в ненавистницу. Действительная цель особых отношений, в строжайшем соответствии с целями эго, — уничтожение реальности и замещение ее иллюзией. Ведь само эго есть иллюзия, и лишь иллюзии могут свидетельствовать его "реальности".
10. Желал бы ты особых отношений, если бы знал, что они — триумф над Богом? Давай не думать ни об их пугающей природе, ни о сопутствующей им вине, ни о печали, ни об одиночестве. Ибо всё это — лишь черты, присущие религии разделения и тому контексту, в котором разделение считается реальным. Центральной темой в литании жертвенности становится идея, будто Бог должен умереть, чтоб ты мог жить. И именно такой сценарий разыгрывается в особых отношениях. Ты думаешь, что через смерть твоего я ты нападаешь на другое я и похищаешь его, дабы им заменить свое и презираемое тобою я. Ты презираешь его потому, что полагаешь: оно не может предложить тебе особость, требуемую тобой. А ненавидя его, ты сделал его ничтожным и ничего не стоящим, поскольку безмерно боишься его.
11. Разве ты можешь одарить безмерной силой то, на что, по–твоему, ты напал? Истина столь для тебя страшна, что не будь она ничтожной, слабой и ничего не стоящей, ты не осмелился бы на нее взглянуть. Ты думаешь, что много безопасней облечь свое ничтожное, тобою созданное я могуществом, отобранным у истины, оставив ее поверженной, беспомощной. Теперь смотри, с какою точностью воспроизводится подобный ритуал в особых отношениях. Алтарь воздвигнут меж двумя отдельными людьми, и на нем каждый из них стремится убить свое собственное я, и на его теле взрастить иное "я", всю силу почерпнув из смерти предыдущего. Снова и снова разыгрывается этот ритуал. Но он не завершен и никогда не завершится. Ритуал завершения не в состоянии завершать, поскольку жизнь не восстает из смерти, а рай — из ада.