7. Суждение — не более чем игрушка, прихоть, бессмысленный прием в суетных играх смерти твоего воображения. Но видение всё расставляет по своим местам, всё вводит в сферу законов Царства Небесного. Что если ты поймешь: сей мир — иллюзия? Что если вдруг осознаешь: ты создал его сам? Что если ты узнаешь: пришедшие в сей мир грешить и умирать, и нападать, и убивать или уничтожать самих себя, — всецело нереальны? Если бы ты узнал об этом, что сталось бы с твоею верой в зримое глазами плоти? Да и желал бы ты подобное увидеть?
8. Галлюцинации исчезнут, как только будет понята их суть. А это есть и исцеление, и его средство. Не верь галлюцинациям, и их не станет. От тебя требуется совсем немного — признать, что ты их создал сам. Признав сей факт и этим у галлюцинаций отобрав тобою же подаренную силу, ты станешь от них свободен. Одно лишь несомненно: галлюцинации служат определенной цели, и если пропадает цель, то исчезают и галлюцинации. Следовательно, вопрос не в том, желанны ли тебе галлюцинации, а в том, желанна ли та цель, которой они служат? На первый взгляд, в мире возможно преследовать бесчисленное множество целей различной ценности. Однако все они — одно и то же. Снова напомним, что не существует каких–либо градаций, есть только мнимая иерархия ценностей.
9. Возможны всего две цели. Грех и святость. А между ними нет ничего, и тою целью, которую ты выберешь, определится твое видение. Ведь твой путь видения и есть твой способ осуществления цели. Галлюцинации служат цели безумия. Они — те средства, с помощью которых мир внешний, спроецированный изнутри, приспосабливается к греху и предстает свидетелем его реальности. Всё той же остается истина: нет ничего вовне. Однако это ничто и служит экраном для всех проекций. Ведь именно проекция наделяет "ничто" тем смыслом, который оно имеет.
10. То, в чем нет смысла, невозможно воспринять. Смысл поначалу смотрит внутрь, чтобы найти себя, и лишь затем глядит вовне. Всё то значение, которым ты наделяешь внешний мир, должно быть отражением увиденного изнутри; вернее, даже не увиденного, а просто осужденного. С помощью видения Дух Святой твои кошмары обращает в радостные сны, а дикие галлюцинации — жуткие следствия придуманного греха — в спокойные и утешительные картины, которыми Святой Дух замещает эти следствия. Ласкающие глаз картины смотрятся с восторгом, а звукам внимают с радостью. Они — Его замена всем ужасающим картинам и звукам, внесенным целью эго в твое запуганное сознание. Они — шаг в сторону от греха, напоминание, что вовсе не реальность тебя пугает и что ошибки, совершенные тобою, исправимы.
11. Когда ты, поглядев на всё, казавшееся страшным, увидел взамен его картины покоя и красоты, когда картины смерти и насилия сменились перед тобою тихими пейзажами садов, раскинувшихся под открытым небом, с животворящею и чистою водою, поблизости журчащей в радостно танцующих, невысыхающих ручьях, — нужно ли убеждать тебя принять дар видения? А обладая видением, кто в силах отказаться от того, что следует за ним? Подумай лишь мгновение о том, что ты способен увидеть святость, подаренную Сыну его Отцом. И никогда уже мысль о возможности увидеть что–либо иное не посетит тебя.
Глава 21 - ВОСПРИЯТИЕ И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ
Введение
1. Проекция рождает восприятие. Мир видимый тобой есть всё, что ты пожаловал ему, не более. Но, если он — не более " того, он — и не менее. Поэтому он важен для тебя. Мир есть свидетель умонастроения, он — внешняя картина твоего внутреннего состояния. Каковы мысли человека, таково и восприятие его. Следовательно, не стремись изменить мир, лучше прими решение изменить свое мировоззрение. Восприятие есть следствие, а не причина. Вот почему бессмысленна градация чудес по трудности. Всё в поле зрения видения исцелено и свято. Ни в чем воспринятом без видения нет смысла. А там; где нету смысла, царит хаос.
2. Осуждение — это суждение о себе, его ты станешь проецировать на мир. Мир осуждая, ты увидишь вред, который сам же причинил Божьему Сыну. Увидишь бедствие и катастрофу — ты постарался Сына Божьего распять. Увидишь святость и надежду, — ты с Божьей Волею соединился, чтобы его освободить. А кроме этих двух, нет никакого иного выбора. Увидишь свидетельство сделанного выбора и по нему узнаешь, что ты предпочел. Мир видимый тобою есть мера радости, которую ты разрешил себе в себе увидеть и принять как свою собственную. Но если в этом и состоит значение мира, тогда способность одарить мир радостью — в тебе самом.