VI. Здравый смысл в сравнении с безумием
1. Здравый смысл греха не замечает, он видит лишь ошибки и указывает путь к их исправлению. Не их он ценит, но их коррекцию. Здравый смысл также тебе подскажет: думая, будто грешишь, ты просто зовешь на помощь. Но если ты не примешь просимой помощи, то не поверишь, что она твоя, чтобы ее дарить. И не подаришь ее, поддерживая свою веру.
Ибо ошибка любого рода, оставленная неисправленной, обманывает тебя в плане твоих возможностей исправления ее. Ведь обладая силой исправлять ошибки и не используя ее, ты отказываешь себе и брату своему в этой силе. А если и он с тобой разделит твою веру, вы оба сочтете себя обреченными. От этой неприятности ты в состоянии избавить вас обоих. Ведь здравый смысл готовит почву для исправлений не в тебе одном.
2. Исправление нельзя принять или отвергнуть в одиночку, т.е. без брата. Грех же настаивает на обратном. Благоразумие говорит о том, что невозможно, увидев грешным брата или себя, воспринимать другого безгреховным. Кто, видя себя виновным, воспримет невиновным мир? И кто, воспринимая грешным мир, способен видеть с ним себя раздельно? Грех утверждает, что ты и брат разобщены. Здравый же смысл настаивает на том, что это ложь. Но если ты и брат едины, каким же образом тебе доступны собственные мысли? И отчего же мысли, приходящие в то, что кажется исключительно твоим, никак не сказываются на том, что действительно твое? Если едины разумы, подобное немыслимо.
3. Никто не мыслит в изоляции, как Бог не мыслит без Своего Сына. Будь они оба во плоти, они имели бы подобную возможность. Ни один разум не в силах мыслить за одного себя, разве что тело и есть разум. Только тела способны к разобщению, и следовательно они нереальны. Обителью благоразумия не станет сумасшедший дом. Но дом безумия оставить легче, увидев здравый смысл. Безумие не оставляют уходом от него в другое место. Ты оставляешь безумие простым приятием благоразумия там, где прежде было безрассудство. Безумие и здравый смысл видят одно и то же, но смотрят на него по–разному.
4. Безумие — это атака на здравый смысл: оно изгоняет здравый смысл из разума и занимает его место. Здравомыслие не нападает, но тихо замещает безумие в разуме, если безумный выберет к нему прислушаться. Безумные, однако, не знают своей воли, поскольку верят, что видят тело и позволяют своему безумию их убеждать в его реальности. А здравый смысл на это неспособен. Защищая тело от здравомыслия, ты не поймешь ни тела, ни себя.
5. Тело не разъединяет тебя с братом; мысля иначе, ты — безумен. Но у безумия есть цель, и оно верит, будто обладает средством сделать ее реальной. Безумие — видеть тело барьером внутри того, что, как подсказывает здравый смысл, должно быть неделимым. Прислушиваясь к гласу здравомыслия, ты бы не видел тела. Что может вклиниться в непрерывность? А если ничему в нее не вклиниться, как может появившееся в одной ее части не появиться в остальных? О том тебе сказал бы здравый смысл. Но поразмысли, что для этого нужно признать.
6. Если ты выбрал вместо исцеления грех, ты Сына Божьего приговорил к тому, что исправлению не поддается. Своим решением ты говоришь ему: он обречен, навеки разлучен с тобою и с Отцом, лишен надежды на благополучное возвращение. Если ты учишь брата этому, то ты постигнешь то же самое и от него. Ибо ты учишь его, что он таков, каким ты видишь его, и всё, что ты выбираешь для него, становится твоим выбором для самого себя. Пусть это не страшит тебя. То что ты с ним един, есть факт, а не его интерпретация. Сам по себе факт не пугает, если конечно он не расходится с тем, что тебе дороже истины. Здравый смысл говорит, что в этом факте — твое освобождение.
7. Нельзя напасть на брата твоего или же на тебя поодиночке. Но равно ни один из вас не примет чуда без того, чтобы оно не благословило другого и не избавило его от боли. Здравый смысл, как и любовь, стремится утешить, а не напугать. Могущество исцелять Божьего Сына дано тебе, поскольку ты в единстве с ним. И ты действительно в ответе за то, каким он себя видит. Здравый смысл говорит, что тебе дано в мгновенье ока изменить его мышление, единое с твоим. Чтобы исправить его ошибки и сделать его целокупным, годится каждый миг. В тот миг, когда ты себе позволишь исцелиться, его спасение увидено таким же полным, как твое. В тебе достанет здравого ума понять, что так оно и есть. Ведь здравый смысл, сердечный как и цель, чьим средством он служит, твердо уводит прочь от безрассудства к истине. Тогда ты сбросишь бремя отрицания истины. Ведь только эта ноша тяжела, а вовсе не сама истина.