14. В миру всегда господствовала одержимость концепцией себя. Каждый уверен, что должен разрешить загадку собственного я. В спасении можно видеть не что иное, как избавление от концепций. Спасение заботит не содержание мышления, а просто утверждение, что разум мыслит. А перед мыслящим всегда есть выбор, и ему можно доказать, что разные идеи имеют разные последствия. Так мыслящее узнает, что всё его мышление отображает глубочайшее смятение по поводу того, как оно было создано и что оно такое. И вроде бы концепция "я" пусть смутно, но все же отвечает на то, чего оно не знает.
15. В поисках "Я" не обращайся к символам. Сущность твою не выразить концепцией. Какая разница, которую из них ты примешь, покуда твое я воспринимается взаимодействующим со злом и реагирующим на недобрые дела? Твоя концепция себя всё еще остается весьма бессмысленной. Тебе не воспринять, что ты взаимодействуешь только с самим собой. Картина мира, погрязшего в вине, есть знак того, что твое обучение направлялось миром и ты в нем видишь то же, что в себе. Концепция "я" объемлет всё тобою видимое и ничего не остается вне этого восприятия. Если что–либо способно тебе вредить — ты видишь картину тайных своих желаний. Не более того. В любых страданиях ты видишь собственное сокровенное желанье убивать.
16. По мере обучения ты выстраиваешь множество концепций своего я. Каждая из них отразит перемену в твоих собственных отношениях по мере изменений в самовосприятии. При каждом сдвиге возникнет некоторое замешательство, но будь признателен, что обучение мира теряет свою власть над твоим разумом. Радуйся и не сомневайся, что в конце концов мирское обучение исчезнет, оставив разум твой в покое. Роль обвинителя проявится во многих формах и местах. Каждая форма будет, на первый взгляд, винить тебя. Не бойся, однако, что этого нельзя искоренить.
17. Мир учит тебя только таким образам тебя самого, которым ты желаешь обучиться. Настанет время, когда все образы уйдут, и ты увидишь, что не знаешь, кто ты такой. Именно в этот открытый и непредвзятый ум свободно и беспрепятственно вернется истина. Там, где отброшены концепции собственного я, истина открывается такою, как она есть. Когда сомнению подвергнута любая из концепций, когда становится понятно, что испытания светом не выдержит ни одна ее предпосылка, тогда свободна истина войти в свое святилище, очищенное, свободное от вины. Нет утверждения, вызывающего в мире больший страх, чем это:
Поскольку я не знаю, что я такое, мне неизвестно также, что я делаю, где нахожусь, как мне смотреть на мир или на самое себя.В подобном обучении рождается спасенье. И То, Что ты есть, тебе Само о том расскажет.
VI. Признание духа
1. Ты либо видишь плоть, либо признаешь дух. Нет компромисса между этими двумя. Если одно реально, другое — ложь, ибо реальное отрицает свой антипод. У видения нет иного выбора. Тобою выбранное определит всё то, что ты увидишь и посчитаешь реальным и истинным. От этого единственного выбора действительно зависит весь твой мир, ведь здесь ты утверждаешь себя плотью или духом в твоем собственном убеждении. Если ты выбираешь плоть, то уже не избавишься от тела как от своей реальности, ибо таким ты видишь свое желание. Но предпочти ты дух, и наклонятся Небеса, чтобы коснуться твоих глаз, благословить твое святое видение, дабы тебе уже не видеть мира плоти, разве что с целью исцелить его, утешить и благословить.
2. Спасенье есть упразднение созданного. Если ты выбираешь видеть тело, то видишь также и мир разделения, не связанных между собой вещей и целиком бессмысленных событий. Вот этот появился — и смертью унесен, удел того — страданья и утраты. И ни один уже не тот, что был мгновение назад, а миг спустя не будет тем же, что сейчас. Возможно ли довериться тому, в чем происходит столько перемен; достоин ли доверия тот, кто есть не более, чем прах? Спасение есть отмена этого всего. Ведь постоянство явлено во взоре тех, кого спасение освободило от видения платы за сохранение вины, поскольку они предпочли от нее избавиться.
3. Спасение не просит, чтобы ты, не видя тела, взирал на дух. А просит лишь о том, чтоб это было твоим выбором. Ведь тело ты видишь без всякой помощи, однако, не понимаешь, как смотреть на мир отдельно от него. Спасение упразднит твой мир, позволив тебе увидеть мир иной, невидимый глазам телесным. Пусть тебя не волнует, возможно ли подобное. Тебе неведомо, как появилось в поле зрения всё, что ты видишь. Ибо пойми ты это, оно давно б исчезло. Пелена неведения застилает и доброе и злое, и нужно сквозь нее пройти, чтобы исчезло то и другое и чтобы восприятию было негде укрыться. Как это будет сделано? Никак. Разве еще осталось что–то сделать внутри вселенной, сотворенной Богом?