13. Сегодня мы практикуемся без слов, кроме периодов в начале упражнения, которые мы проводим с Богом. Эти периоды мы представляем медленным повторением идеи, которой начался наш день. Затем мы созерцаем наши мысли и молча обращаемся к Тому, Кто видит в них элементы истины. Пусть Он оценит каждую из них, изгладит из нее всё, что присуще снам, и возвратит назад как чистую идею, не отрицающую Божью Волю.
14. Отдай же Ему свои мысли, и Он вернет их в виде чудес, радостно возвещающих целокупность и счастье, которые Господь желает Сыну, как доказательство нетленной Его любви. Преображаясь подобным образом, каждая мысль вбирает целительную силу от Разума, Который в ней увидел истину, не обманувшись тем, что было ложным присовокуплением к ней. Нити фантазий, переплетающие мысли, исчезли. А что осталось, объединилось в Мысль совершенную, дарящую повсюду свое совершенство.
15. Подобным образом проведи четверть часа по пробуждении, другие четверть часа — на сон грядущий. Твое служение начинается, как только очищаются все твои помыслы. Вот так тебя учили учить Господня Сына святому уроку его святости. Никто не останется глухим, когда услышишь ты, как Голос, Глашатай Божий, славит Его Сына. И каждый разделит с тобою мысли, заново истолкованные Им в разуме твоем.
16. Вот какова твоя Пасхальная Неделя. Вот так ты возлагаешь дар белоснежных лилий на мир как замещение свидетелям греха и смерти. Твоим преображением мир спасен и в радости избавлен от вины. Теперь ликуя и благодаря мы возвышаем наш воскрешенный разум до Того, Кто возвратил нам здравомыслие.
17. Мы ежечасно станем поминать Того, Кто есть спасение наше и избавление. По мере нашего благодарения мир примыкает к нам, ликуя, принимает наши святые мысли, исправленные и очищенные Небесами. Так наконец наше служение началось, чтобы нести по миру радостную весть о том, что нет иллюзий в истине и что покой Господень через нас стал достоянием каждого
Урок 152
1. Утрата невозможна, если она не станет чьим–либо решением. Никто не ощущает боли, не выбрав такого состояния. Никто не станет горевать или бояться, или считать себя больным, если он сам не пожелает подобного исхода. Никто не умирает без собственного на то согласия. Что бы ни происходило, всё отражает только твои желания, но из того, что выбрано тобою, уже ничто не может быть упущено. Таков твой мир, весь целиком, во всей его законченности. Вот вся его реальность для тебя. И только здесь ты обретешь спасенье.
2. Подобную точку зрения легко посчитать чересчур крайней и слишком всеохватной, чтобы была истиной. Но мыслимы ли исключения из истины? Возможна ли реальная утрата, если в твоем распоряжении — всё? Окажется ли боль частью покоя, а горе — частью радости? Способны ли недуг и страх проникнуть в разум, где обитают совершенная любовь и святость? А истина должна быть всеохватной, чтобы быть истинной. Приятие противоположностей или исключений полностью противоречит истине.
3. Спасение есть признание, что истинна лишь истина, и лишь она одна. Об этом ты слыхал уже не раз, но может быть еще не принял обеих частей сказанного. Без первой части вторая не имеет смысла. А без второй и первая неверна. У истины нет противоположности. И сколько бы об этом ни говорить, ни думать, всё будет недостаточно. Ведь если ложь считать такой же истинной, как истину, то частью истины должна стать ложь. И истина теряет свое значение. Ничто, кроме самой истины, не истинно, а ложь всегда есть ложь.
4. Это — простейшее различие между ними, но в то же время и самое туманное. И вовсе не потому, что его трудно воспринять. Оно сокрыто бесконечным рядом возможностей для выбора, а этот выбор не представляется целиком твоим. И таким образом, в истине видятся некие аспекты, противоречащие ее логике, но расхождения эти будто и не внесены тобою.
5. Ты должен неизменно оставаться таким, каким тебя Всевышний сотворил, и понимать, что переходные состояния, по определению, ложны. К ним можно отнести и смену чувств, и перемены в состоянии разума и тела, в сознании и в реакциях. Именно всевключенность отличает истинное от ложного и держит ложное как ложное раздельно с истинным.
6. Не странно ли, что ты принимаешь за гордыню мысль о том, что ты — создатель видимого тобою мира? Господь не мог создать подобный мир. Не сомневайся в этом. Что знает Бог о мимолетном, о грешных и виновных, трепещущих от страха, страдающих и одиноких; что знает Он о разуме, заточенном в чахнущем и смертном теле? Ты просто обвиняешь Его в безумии, считая, что Он — создатель мира, в коем считается реальным подобный бред. Бог не помешан. Но только помешательство могло создать подобный мир.