3. Сопротивление, описанное здесь, может характеризовать как психотерапевта, так и пациента. В том и в другом случае оно ограничивает психотерапию, ибо лимитирует ее цели. Святой Дух тоже не может противостоять вторжению эго в процесс терапии. Но Он будет ждать, и терпение Его беспредельно. Его цель всегда целостна. Какое бы решение психотерапевт и его пациент ни приняли в отношении их расходящихся целей, они не смогут примирить их настолько, чтобы сделать единой целью, покуда не присоединятся к Его цели. Только тогда конфликт исчерпан, ибо только тогда приходит определенность.
4. В идеале психотерапия представляет собою ряд святых встреч, в которых братья встречаются, чтобы благословить друг друга и получить Божий покои. в один прекрасный день подобное свершится для каждого пациента на земле, ибо кто же, если не пациент, мог бы сюда прийти? Психотерапевт есть просто специализирующийся в определенной области учитель Божий. Он постигает обучая, и чем больше он постигнет сам, тем большему он научит и тем большему научится. Но на какой бы стадии он ни находился, всегда есть пациенты, нуждающиеся в нем таком, каков он есть. Они не в состоянии воспринять более того, что он им может предложить сейчас. Но и тот, и другие придут в итоге к здравомыслию.
II. Место религии в психотерапии
1. Чтобы быть Божьим учителем, совсем не обязательно быть религиозным, или же верить в Бога до какой–либо осознаваемой степени. Но совершенно необходимо учить прощению вместо осуждения. Однако даже тут не требуется абсолютной последовательности, поскольку тот, кто достиг подобной вехи, мог обучить спасению в совершенстве в одно мгновенье и бессловесно. Но всё постигший не нуждается в учителе, а исцеленным не нужен психотерапевт, взаимоотношения всё также остаются храмом Святого Духа, и они станут совершенными во времени и будут восстановлены для вечности.
2. Официозной религии нет места в психотерапии, но точно так же ей нет реального места и в религии. В сем мире существует поразительная тенденция соединять противоречивые слова в единый термин, не восприняв в них никакого противоречия. Попытка сделать религию «официальной» есть столь очевидная попытка эго примирить непримиримое, что вряд ли здесь небходимы разъяснения. Религия — это опыт и психотерапия тоже опыт. На самом высоком уровне они становятся одним и тем же. Ни та, ни другая сами по себе не есть истина, но и та, и другая способны привести к истине. Что же необходимо для того, чтобы найти истину, которая остается совершенно очевидной, если не устранение кажущихся препятствий к истинному осознанию ее?
3. Тот, кто научился прощать, не может не помнить Бога. Прощение тогда есть все, чему нужно учить, ибо оно есть все, чему необходимо научиться. Все препятствия к воспоминанию о Боге суть формы непрощения, не более того. Это совсем не очевидно для пациента и очень редко понятно психиатру. Мир мобилизовал все свои силы против осознания этого, поскольку именно это осознание — залог окончания мира и всего, что он символизирует.
4. Но вовсе не осознание Бога составляет разумную цель психотерапии. Оно придет по завершении психотерапии, ибо туда, где есть прощение, приходит истина. И вправду было бы несправедливо, если бы вера в Бога была условием успеха терапии. Да и вера в Бога, по правде говоря, концепция весьма бессмысленная, поскольку Бога можно только знать. Вера предполагает, что неверие возможно, но знание Бога не имеет реальной противоположности. Не знать Бога — значит не обладать знанием, именно к этому и ведет все непрощение. Без знания возможно только верить.
5. Разные средства обучения привлекают разных людей. Некоторые формы религии не имеют ничего общего с Богом, а некоторые формы психотерапии не имеют ничего общего с исцелением. Но если учитель и ученик объединятся в общей цели, Бог придет в их отношения, поскольку Он был приглашен. Тем же путем союз между психотерапевтом и пациентом восстанавливает господство Бога, сначала через Христово видение, затем через память о Нем Самом. Процесс психотерапии есть процесс возвращения к здравомыслию. Учитель и ученик, психотерапевт и пациент — безумны все, иначе их не было бы здесь. Вместе они способны найти выход, ибо никто не обретает здравомыслие в одиночку.
6. Если исцеление есть приглашение Богу войти в Его Собственное Царство, то есть ли разница, как приглашение написано? Важны ли здесь бумага, чернила или ручка? Или же важен тот, кто пишет приглашение? Господь приходит к тем, кто желает возродить Его мир, ибо они нашли способ воззвать к Нему. Когда соединяются любые двое, Бог — среди них. Неважно, какова их цель, но чтобы ее достичь, они должны ее всецело разделить. В цели, не благословленной Христом, не соучаствуют, поскольку то, что не увидено Его глазами, слишком фрагментарно, чтобы предстать осмысленным.