11. Приди ко мне и узнай об истине в себе. Разум, что мы с тобою разделяем, все наши братья разделяют с нами, и как только мы их увидим истинно, они — исцелены. Пусть же твой разум заодно с моим сияет их умам, и через нашу благодарность к ним позволит им осознать свет в самих себе. Свет этот отразится на тебе и всём Сыновстве, ибо он — твой достойный дар Богу. Бог примет его и отдаст Сыновству, ведь этот дар приемлем для Него, а потому — и для Его Сынов. Вот подлинное приобщение Святого Духа, Кто в каждом видит Божий алтарь и, принося его твоему благодарению, призывает тебя любить Всевышнего и Его творение. Ты можешь ценить Сыновство только как единое целое. Это — часть закона творения, поэтому она управляет всеми мыслями.
VI. От бдительности к покою
1. Хотя ты и способен любить Сыновство только единым целым, ты в состоянии воспринять его фрагментарным. Однако нельзя в какой–то его части увидеть то, что не присуще ему всему. Вот почему атака не бывает частичной, и почему от нее нужно отказаться полностью. Если же ей не отказано целиком, ей вовсе не отказано. Страх создает, а любовь творит, в зависимости от того, эго или Святой дух их соответственно порождает или вдохновляет; но они вернутся в разум мыслящего и повлияют на его общее восприятие. Сюда войдет и концепция Творца, Его творений и своих собственных. Относясь к ним со страхом, он не оценит их достойно. Но движимый любовью к ним, он их оценит по достоинству.
2. Разум, приемлющий атаку, не в состоянии любить. И только потому, что верит в свою способность погубить любовь, а потому не понимает, что есть любовь. Не понимая, что есть любовь, разум себя не видит любящим. Тогда теряется осознание бытия, приходит ощущение нереальности и наступает полное смятение. Мышлению твоему это удается благодаря его могуществу, но это же мышление способно вывести тебя из замешательства, ибо его могущество не создано тобой. Твоя способность направлять свое мышление есть часть того могущества. Не веря в подобную свою способность, ты отвергаешь мощь своей мысли и делаешь ее бессильной в собственных глазах.
3. Изобретательность эго в стремлении к самосохранению феноменальна, но корни ее — в той же силе разума, которую оно отрицает. Стало быть, эго нападает на то, что его поддерживает, а это обязательно приводит к чувству глубочайшей тревоги. Вот почему эго никогда не узнаёт того, что делает. Оно абсолютно логично, но явно безумно. К единственному источнику, целиком враждебному его существованию, оно обращается за поддержкой своему существованию. Боясь воспринять силу этого источника, эго вынуждено преуменьшать его могущество. Это угрожает его собственному существованию, а подобное состояние полностью неприемлемо для него. Оставаясь логичным, но по–прежнему безумным, эго разрешает эту целиком безумную дилемму полностью безумным образом. Оно не воспринимает свое состояние угрожающим, проецируя эту угрозу на тебя и воспринимая твое бытие как несуществующее. Это обеспечивает ему непрерывность, если ты примешь его сторону, как своего рода гарантию того, что твоя собственная Безопасность останется неведомой тебе.
4. Эго не может себе позволить что–либо знать. Знание целокупно, а эго не верит в полноту. Это неверие — колыбель эго, и при том, что эго тебя не любит, оно весьма предано своим собственным предкам, рождая так, как было рождено. Разум всегда воспроизводит собственное рождение. Рожденное страхом, эго воспроизводит страх. В том — его преданность, и эта преданность сделала его вероломным по отношению к любви, ибо ты и есть любовь. Любовь — твое могущество, которое эго должно отрицать. Оно также должно отрицать всё, что это могущество дает тебе, потому что этим могуществом тебе дается всё. У кого есть всё, тот не желает эго. Следовательно, его собственный создатель не желает его. Поэтому, отказ стал бы ему единственным ответом, если бы разум, его создавший, знал себя. Познай тот разум какую–либо часть Сыновства, он бы познал себя.
5. Эго поэтому противится всякому пониманию, всякому признанию, всякому разумному восприятию и всякому знанию. Оно воспринимает их как абсолютную угрозу, поскольку чувствует, что всякая преданность разума абсолютна. Вынужденное, таким образом, отделить себя от тебя, эго желает присоединиться к чему–либо другому. Но ничего другого нет. Разум, тем не менее, способен создавать иллюзии, а создавая — верить в них, ибо он создал их своею верой.
6. Святой Дух упраздняет иллюзии, на них не нападая, ибо Он вовсе их не воспринимает. Следовательно, иллюзии для Него не существуют. Святой Дух разрешает кажущийся, рожденный иллюзиями конфликт, воспринимая его как бессмысленный. Я уже говорил, что Святой Дух воспринимает конфликт таким, каков он есть, а он и есть бессмысленный. Святой Дух не желает тебе понимать конфликт; напротив, Он желает, чтобы ты понял: ввиду полной своей бессмысленности конфликт непонимаем. Как я уже отметил, понимание несет достойную оценку, достойная оценка ведет к любви. Ничто другое нельзя понять, ибо ничто другое не реально, поэтому ничто другое не имеет смысла.