Майя спокойно кивнула головой в сторону полянки и небольшого холма с разреженным кустарником.
– Вот тут будет хорошо. И снайперу придется туго. Раз уж не получилось, надо как-то выкручиваться из положения и доигрывать до конца. Меня должны захватить именно как рабыню. Свяжись с отцом. Я тут собираюсь принять последний бой. – Майя неловко улыбнулась. – Проиграла так проиграла. Пусть Кир порадуется. Твой выход, сестричка. Не переиграй.
– Ничего себе проиграла! – возмутилась Иллис.
Глайдер, ведомый на ручном управлении, съехал с дороги и аккуратно опустился на допотопные колеса. Старая силовая установка не была приспособлена к движению над травой и мелкими камнями.
На экране с камеры, висящей высоко в небе, было хорошо видно, как машина, неуверенно переваливаясь с ямки на ямку, проехала еще несколько десятков метров и встала. Датчики сканеров на спутниках, упорно до сих пор молчавшие, взвыли, оповещая о появлении долгожданных сигналов маяков. И тут же замолчали.
Присутствующие в комнате, и явно, и в виде голограмм, мрачно наблюдали, как две фигурки обустроились почти на вершине холма среди кустов. Начали разводить настоящий костер.
– Собрались на пикник, что ли? – недоуменно задал вопрос стажер-оператор. Но ему никто не ответил. Остальные хорошо помнили прошлогодние приключения. Все отлично понимали, что рабыня больше никуда не спешит, но и облегчать работу снайперам не собирается. Словно в подтверждение этому раздался доклад бойца.
– На позиции. Цель на месте. Видимость недостаточна. Повторяю, вести огонь не могу.
– Принял. Всем бойцам. Блокировать позицию по периметру, скрытое наблюдение. Активных действий не предпринимать, – ожил по связи Кир. Он продолжал контролировать ситуацию.
– Требуется уточнение, наши действия в случае возобновления движения.
– Вряд ли. Но если начнут движение, не препятствовать. Только наблюдение.
– Принято, лорд-мастер.
Вирту даже почудилось облегчение в голосе неведомого офицера. Но его отвлек сигнал личного вызова.
– Папа, это Иллис.
– Рад тебя слышать, дочка. У тебя все нормально?
– Да, пап, зачем вы позволили охотникам атаковать «дордж»? Если бы сымитировали защиту, Майка могла бы еще посомневаться.
– Моя вина, ваше высочество, не успел сообразить, – покаялся по связи Кир.
– Папа, давай ее отпустим, пожалуйста, – Иллис неожиданно всхлипнула.
– Ты же понимаешь, что это невозможно. Даже если она уйдет, на той стороне тоже есть свои службы. Ее должны будут вернуть. Живой или, скорее всего, мертвой.
– Может, она сдастся, поговори с нею, – вмешался Вирт. Игру сестры он уже понял.
– Нет, братик, один раз я уже вмешалась. Сегодня этого не будет. Она готовится к бою. После обеда я должна уйти, – продолжила свою игру Иллис. Вирт мог руку отдать на отсечение, что сестрица получает сейчас удовольствие от своей игры.
– Ваше высочество, я попрошу вас передать ей просьбу подождать, – Кир вмешался в разговор. – Я буду у вас через полчаса. И я прошу ее согласиться на переговоры со мной.
– Я передам.
Запах жарящегося маринованного мяса уже далеко разносился по поляне и долетал даже до бойцов, укрытых в зарослях окружающего леса.
Иллис хмуро доедала свой шампур и старалась не смотреть на расстроенную Майю. Ее подруга была абсолютно спокойной, даже пыталась делать вид, будто это обычный пикник, как у них в парке.
– Может, передумаешь? – в который раз спросила Иллис.
– Иль, давай не будем. Ну, сама подумай. Я ведь опять взяла тебя в заложницы. Подвергла опасности, особенно с этими охотниками. Даже если у тебя активирован щит, это ничего не изменит. Тот взрыв только полный щит удержал бы. А его даже в твоем браслете нет. Энергии не хватит. Защиты просто не было. И вдруг мне все это простят? А как же легенда? Цель не достигнута. И я должна остаться рабыней. Никто не должен в этом усомниться. Так что лежать мне опять под кнутом. А сейчас придется подраться. Одна надежда, Кир сумеет нейтрализовать снайперов.
– Мама не будет настаивать. Ты же сама понимаешь, сейчас совсем другая ситуация.
– Иль. – Майя укоризненно покачала головой. – Как бы императрица ни относилась ко мне, она наверняка понервничала из-за тебя. У нее сейчас такая роль. О, появился, наконец.