Вызов и затем появление лорд-врача было неожиданным. Но особенного оживления тоже не вызвало. Индерский занимался обработкой материалов, накопленных им за время лечения императрицы. И в последнее время все чаще обращался с уточняющими вопросами к Майе.
– Лорд Индерский? Добрый день. – Майя по обыкновению вежливо приветствовала появившегося врача синхронно с Иллис.
– Добрый день, Майя. – Не стал ходить вокруг да около Индерский и сразу обратился к ней: – Извини, но я к тебе с профессиональной просьбой.
– Слушаю вас, – удивилась Майя. Видеть, как мнется главный врач дворца, ей все-таки приходилось редко.
Иллис, тоже заинтересовавшись необычным поведением графа, замерла в ожидании продолжения.
– Лорд-наместник Джарел Канорский сегодня утром упал с лошади и получил перелом ключицы. Требуется срочная операция. Все бы ничего. Но у двоюродного дяди нашего императора, наряду с пятым уровнем изменения, еще индивидуальная непереносимость некоторых лекарств, с повышенной адаптивностью к остальным. После недавнего приступа синдрома измененных. Я ему сейчас даже эффективного обезболивающего предложить не могу. Вот я и подумал о тебе. Ведь твои обезболивающие методы действуют и на правящих.
– Да, это так, – задумчиво протянула Майя. Она уже поняла, что с планами расслабиться после обеда ничего не получается. – Но вы говорите, он после приступа. И вы ведь знаете о правилах альтери. Согласится ли лорд-наместник на мое участие?
– Он сейчас на всё согласится, – нетерпеливо отмахнулся Индерский.
– И как вы себе это представляете? Неужели лорд-мастер отпустит меня в провинцию? – продолжала сомневаться Майя.
– Зачем? Если ты согласна, Джарела доставят сюда в течение получаса. Он сейчас недалеко от телепорта. Через час можно будет начать операцию.
– Хорошо, я буду в вашей операционной, – вздохнула Майя и покосилась на Леру.
– На вечер у тебя Анита запланирована. Нужно отменить? – тут же поинтересовалась та.
– Нет. – Майя облегченно помотала головой. Девушку она помнила хорошо. И особых проблем тут не видела. – Она все равно ко мне ходит только ради массажа. Больше притворяется, жалуясь на боли в колене. Так что сегодня сокращу время процедуры. А следующий раз будет последним для нее.
Лера сделала какие-то пометки на экране своего браслета и вопросительно посмотрела на задумавшуюся о чем-то Иллис.
– Дядя Джорж. Давненько я его не видела. После Ирбинска он только весточку прислал. Даже на связь не выходил, ждал, что я сама это сделаю. Неудобно получается. Схожу-ка я с тобой. Не возражаешь?
– Дядя? – наконец дошло до Майи.
– Ну да. Что-то вроде того. Граф Канорский, его отец – дядя папы по линии бабушки. Ну а я привыкла его так называть с детства. Дядя Джордж не часто у нас гостит. Всегда веселый, сколько я его помню.
Мужчина, лежащий на операционном столе, только повернул голову в сторону вошедших. Его взгляд выражал откровенное сомнение к тому, что пытался до этого момента втолковать Макс. Его недоумение увеличилось еще больше после короткого приветствия Майи. Что сразу выдало, о чем, точнее о ком, они говорили до сих пор.
– Макс, и ты хочешь сказать, что это мне поможет? – не отвечая на приветствие, поинтересовался мужчина. – На мой взгляд, ее для начала стоило бы научить манерам.
Глубокий голос звучал скорее насмешливо, чем с презрением. Но своего недоумения мужчина не скрывал. Иллис, задержавшуюся за дверью, он сразу не заметил. Макс с беспокойством посмотрел в сторону напрягшейся Майи.
– Прошу прощения, ваше сиятельство, я думала, что меня позвали из-за моих умений, а не ради манер. – Майя заговорила подозрительно смирно, но в голосе явственно проступил холод. Иллис, прекрасно знавшая, что это означает, встревоженно глянула на нее. Но предпочла промолчать, в свою очередь начав заводиться от принятого дальним родственником тона.
– Возможно, я ошиблась, и могу уйти, чтобы вас не раздражать, – закончила она.
Макс только закатил глаза к потолку. Его сомнения стали сбываться даже раньше, чем он предполагал. Майя, в качестве мастера альтер, не собиралась считаться с мнением аристократов ни о ее месте в жизни, ни по поводу ее поведения. И ее отказы во дворце часто служили основой для очередных пересудов. То, что сейчас перед нею лежал родственник императора, для девчонки явно не имело значения. Это был пациент, такой же, как и другие. Этому ее учила мама, и на этом стояла Гринда, не раз объясняя Максу этику альтер. И Майя давно уже дала всем понять, что данное Адилой обещание не вмешиваться в эти вопросы она воспринимает не просто со всей серьезностью, а будет пользоваться без всяких исключений.