Мастер не был обязан помогать всем и каждому. Никаких клятв и обещаний он не давал. И был волен брать человека в пациенты или нет. Правда, довести начатое лечение до логического завершения было уже делом профессиональной чести каждого мастера или подмастерья.
– Макс, ты уверен, что эта невоспитанная особа тут нужна? – не отвечая Майе, поинтересовался мужчина.
– Очень советую согласиться на ее помощь, – сердито буркнул Индерский. Джордж тоже был не сахар. Ведь специально предупредил его в общих чертах. А он устраивает тут сцены личного превосходства. Вот уйдет девчонка, тогда все самомнение растеряет. Кости-то надо складывать, а обезболивающее ему только в убийственной дозе сейчас поможет. Потом еще с его аллергией возиться.
– Ну хорошо. Я готов потерпеть ваше присутствие, сколько потребуется, – сделал, наконец, одолжение раненый.
Майя вспыхнула. Но перехватив взгляд Иллис, с неохотой кивнула и приблизилась к операционному столу. Индерский только облегченно перевел дыхание. Возможно, все же его идея выгорит.
Начало операции прошло в полном молчании. Пациент после первых действий Майи только изумленно округлил глаза. Макс предупреждающе покачал головой, напоминая о не совсем удачном знакомстве. Сообразив, что исчезнувшая боль может и вернуться, болезный только согласно прикрыл глаза. Он постарался даже не обращать внимания на фырканье Иллис, оставшейся в смотровой за стеклом.
Майя не стала дожидаться завершения операции. И как только отпала необходимость следить за процессом, молча кивнула Максу и, резко повернувшись, вышла. Иллис все-таки дождалась, когда ее допустят до родственника.
– Похоже, дошутились, дядя. – Она язвительно смотрела на лежащего. – У вас часа два покоя. Если Майя не сделала все как обычно. А потом снова перейдете на лекарства.
– Но я ничего такого не сказал. Для рабыни она ведет себя слишком вольно, – Джордж попытался все-таки возмутиться.
– Как по мне, она ведет себя очень даже вежливо. Граф не даст соврать, – язвительно парировала Иллис.
– Я же предупреждал тебя, Джорд. Ее величество вообще запретила ей говорить о дворцовом этикете. – Индерский расстроенно развел руками. – А уж о том, чтобы мастеру альтер приказать, не может идти и речи.
– Так все запущенно? – удивился раненый. – Я слышал что-то такое, но не думал, что настолько.
Иллис зло сощурилась и даже сжала кулачки. Но первый порыв все-таки сдержала.
– Знаешь, дядя, для того чтобы тебе блокировать область операции, Майя использовала несколько точек. Про все не знаю. Но эффект от двух точно зависит даже не от точного попадания, а от угла, под которым нажимаешь, усилия и поворота пальца. Граф Индерский может подтвердить. В обителях их учат контролировать эмоции, но если пациент вызвал раздражение мастера, ее к нему вообще не допускают. Последствия от случайной ошибки могут быть очень неприятными. А исправлять их намного хлопотнее, чем выслушивать претензии недовольных.
– К сожалению, это так, – кивнул упомянутый граф. – По этой же причине мастеру не позволяют принимать пациентов больше двух-трех в день. Я же предупреждал тебя.
– И все-таки она могла бы быть и учтивей со знатным пациентом, – упрямо стоял на своем мужчина.
– Как ты думаешь, дядя, чего стоит Майе каждый день приходить к маме на процедуры? – Иллис даже голос повысила от возмущения. – Знаешь, сколько сил уходит, чтобы она заранее настроилась и выбросила все прошлое из головы? А тут еще ты со своими претензиями.
– Но ведь она работает с Адилой!
Индерский снова с досадой поднял глаза к потолку. Иллис только фыркнула. Свой довод она приберегла напоследок.
– Работает. Только мама не тыкает ее носом в эту гадость, что ей нацепили на шею. А насчет тебя даже не надейся. Майя свое дело сделала. И я буду против дальнейшей работы с тобой.
Иллис зло развернулась к выходу и не прощаясь выбежала.
– И чего она так завелась? – недоуменно посмотрел на Макса виновник событий.
– Скоро узнаешь. Точнее, почувствуешь, – с досадой пообещал Индерский. – Знаешь, ты иногда действительно невыносим. Но до сих пор я считал тебя все же разумным. Девчонка, конечно, не сахар. Но старается не переходить определенной черты. Чего не скажешь о ее высочестве. Но в данном случае я согласен со всем, что Иллисианна сказала. И дело даже не в том, что к тебе ее нельзя подпускать. Вопрос, сможет ли принцесса погасить раздражение Майи до процедур с ее величеством.