Монстр шипел и плевался, в бессилии изгибаясь всем телом, и пытаясь сомкнуть игольчатые зубы на моей железной руке. Я оторвал его от земли, стиснув челюсти и руку. Бронированные пальцы все глубже уходили вглубь его тела, сминая шершавую серую кожу. На ощупь он был как наполненный водой бурдюк. Упругим и податливым. Вряд ли получится его придушить или сломать шею. А значит, эта мера лишь временная. Черт! Зарычав, я с жужжанием взвывших механических приводов развернулся, приподнял орущего монстра еще выше и со всей силы ударил его о землю.
Если бы под ногами был камень! Тогда бы, возможно, я отоварил монстра на славу. Но ударившись своей жирной кольчатой тушей о мягкую почву, существо затихло лишь на миг, а затем с удвоенной силой зашипело, скребя по моей руке своим когтями. Я боялся его отпускать. Не дай бог сможет вцепиться в мою бездействующую в этом напряжённом бою левую руку! Но нужно что-то делать. Наша возня не будет продолжаться до бесконечности. И тогда я решил пойти ва-банк.
Повторно шваркнув монстра о землю, и пользуясь секундной заминкой, пока он собирался с духом, я выпустил его шею. Сжал пальцы в тяжёлый бронированный кулак, откинулся назад и со всех сил послал кулак вниз. Не успело уродливое существо обрадоваться освобождению и приподняться для очередного броска, как на его омерзительно лицо со скоростью пушечного ядра, развитого приводами доспехов, обрушился мой железный кулак. Я метил прямо в его круглый бездонный рот. Туда и угодил.
Кулак вонзился в пасть чудища, ломая зубы и не останавливая движения. Монстр захлебнулся криком, из его разорванной пасти выплеснулся фонтан вонючей, похожей на ихор белесой крови, а мой кулак, пробив его голову насквозь, вылетел через затылок и вонзился в землю. Твою мать! Нанизанное на мою руку, исчадие бездны еще несколько секунд дёргалось, извиваясь в сумасшедших рваных движениях. Пока наконец не затихло. Его хитрые хищные глаза потухли, жирное червеобразное тело вздрогнуло в последний раз и обмякло. Когти соскользнули с моей руки. Обитатель холма был мертв.
Я, тяжело дыша, встал на ноги, вытаскивая залитую смердящей слизью руку из поверженного врага. Оглянулся. Почти рассвело. Мир вокруг меня заливало первыми серыми лучами загоравшегося на горизонте солнца. Шесть часов на подходе. Я увидел, что почти вся доступная глазу пустошь усеяна подобными тому, возле которого заночевал я, холмами. Самых разных размеров. Возможно ли, что каждый из них это жилище подобной твари? Я поёжился. И знали ли об этой опасности, грозящей любому неопытному путнику, жители болотной деревушки?
Если знали, то меня сознательно не предупредили, рассчитывая, что я умудрюсь здесь сгинуть. Вряд ли бы я смог одолеть все поросшее травой приграничное пространство без отдыха. В любом случае прилег бы отдохнуть. На поживу мерзкой твари. Вот сволочи! С шумом втягивая прохладный утренний воздух, я постепенно успокоился. Похоже, в этом мире нельзя доверять никому. Я даже себе на сто процентов не могу доверять. Потому что нахожусь в чужом теле…
Я повернул голову на восток, в сторону разгорающейся зари. Вперёд, только вперёд. Меня ждет Кромлех. Надеюсь, хоть в городе обойдусь без лишних приключений.
Глава 15
Наверно только благодаря придающим силы и ускорение боевым доспехам Часового, да страстному желанию выжить любой ценой, я выбрался-таки из приграничных земель. К вечеру закончились поросшие вереском пустоши. Таящие в себе отвратительных монстров всхолмия давно остались позади. Обитатели холмов, ага. В гробу я видал таких кроликов.
Ярко светило солнышко. Несомненно, оно хорошо пригревало, и будь я в классических рыцарских латах, уже сварился бы как яичко вкрутую. Но хитроумная броня Часового, питаемая энергией волшебного кристалла, сохраняла внутри относительную прохладу. Так что я даже не снимал шлема, чтобы проветриться. К вечеру я добрался до более культурных земель, где тебя не хотели сожрать на каждом шагу. Пошли обычные заросшие густым ковылем степи. Слева, на горизонте, темнела стена далекого леса. Справа мне померещились чернеющие в подкрадывающихся сумерках распаханные поля. Но было очень далеко, и я не мог с уверенностью это утверждать. Однако, когда я через час неустанной ходьбы набрел на довольно укатанную дорогу, с радостью понял, что не заблудился и иду в правильном направлении. Дорога пересекала степь, уходя в сторону леса. На карте она обозначалась, как Южный приграничный тракт. Дорога шла через контролируемые Империей земли, прилегая вплотную к приграничью. Если я двину по ней, то уже к утру окажусь у стен Кромлеха.