— А ты думаешь, откуда мы знаем, что ты заночевал именно в этом уютном гнёздышке? Хозяин будет молчать. Достаточно было лишь шепнуть ему имя нашего нанимателя. Так что помощи тебе ждать не откуда. Ты сам сказал, что ты никто в Кромлехе. Пустое место. Которого на утро никто не хватится.
— Меня будут искать! Я… — я запнулся, ошеломлённый внезапной догадкой. И словно подтверждая мои мысли, вожак кивнул.
— Парень, нам сказали, что ты для своих уже давно мертвец. Я сейчас разговариваю с покойником.
— Тогда чего вы тянете? — на моих скулах вздулись желваки, в голове зашумело, а спину вновь обожгло. Черт, черт, черт!
Вожак скрипнул натянутыми на пальцы черными кожаными перчатками. Он поправил пристегнутый к поясу кинжал в ножнах и поднял вверх палец. Это был сигнал. Я невольно вздрогнул. Мое тело напряглось, как взведённая до предела пружина. Неужели?.. Но, повинуясь знаку вожака, держащий фонарь мужик только достал из-под плаща небольшой, миниатюрный арбалет и направил на меня.
Бандиты смотрели равнодушно, словно я был для них обычной букашкой, убей которую и в мире ничего не изменится. Вожак пристально посмотрел на меня и словно нехотя проговорил:
— Знаешь, ты мне кажешься безобидным парнем… Я отправил на досрочное свидание с Богом не одного ублюдка, поверь мне. Но ты умудрился не понравиться серьезному человеку. Уж не знаю, как, да и не хочу знать. Это не мое дело. Повторюсь, это ваши дворянские разборки. Мое дело найти тебя, убедиться, что ты это ты, выполнить заказ и принести нанимателю часть тебя.
— Пальца будет достаточно? — с отвращением скривился я. Вожак негромко рассмеялся. Хохотнули и его подельники, но оружия не опустили. Серьёзные ребята.
Отсмеявшись, главарь вытер выступившие на глазах слезы.
— Забавный ты, малыш, забавный… И правда жаль.
Не знаю, что меня толкнуло, что закричало во всю мощь на внутреннее ухо, но я начал действовать еще до того, как вожак убийц отдал последнюю команду. Взведенная до предела пружина наконец разжалась. Я выпущенным из катапульты камнем метнул свое тело прямо в ноги ошарашенно раскрывшему рот главарю. Схватился за ножки табурета, на котором он сидел, и резко дернул на себя. Тут же раздался сухой треск выстрела, и выпущенная из пистоля пуля раскрошила стену над моей кроватью, а короткая, железная стрела, посланная из арбалета, вонзилась в продавленный матрас. Комнатушка наполнилась запахом пороховой гари и руганью.
Я дернул за ножки стула, и главарь наемников с проклятьями грохнулся на спину. Не мешкая, я подорвался на ноги, ударил его носком стоптанного башмака под ребра, и метнулся к окошку. Я не питал иллюзий, что в своем нынешнем положении, без боевых навыков настоящего Часового смогу справиться с тройкой подготовленных головорезов. Поэтому оставалось только одно — бежать. И благодарить провидение за то, что заснул обутым и в верхней одежде. Жетон и карты были при мне. Больше меня ничто не связывало с этой, едва не превратившейся в смертельную ловушку комнатой.
Меня спасло то, что бандиты не ожидали такой прыти от присмиревшего юнца. Да сложность и куча времени, связанные с перезарядкой пистоля и арбалета. Разогнавшись, я рыбкой прыгнул в окно. Не задумываясь о том, что до земли лететь добрых четыре метра. Жить захочешь и стоя срать научишься, так, было, говаривала моя покойная бабушка. А она была женщиной умной и грамотной. Дурному своего внучка не учила.
Я снес своей тушей раму месте с переплётом, и под звон разбившегося стекла и матерные крики бандюг сиганул наружу. Вместе со мной и остатками окна в темноту ночи вылетел пущенный чьей-то рукой кинжал, серебристой рыбкой сверкнувший в свете пошедшей на убыль луны. Пронесло! Пока я по наклонной дуге несся к земле, время вокруг меня опять, как и в прошлые разы, замедлилось, превращая меня в медленно летящую муху, попавшую в густую патоку.
Окошко гостиницы, откуда я так элегантно вылетел, выходило прямо на задний двор. И на мое счастье, не было замощено камнем. Внизу была обычная, чернеющая в ночи земля. Я замедленно рухнул в какие-то кусты, так же медленно покатился кубарем, гася силу удара, и внезапно словно вынырнул на поверхность. Время опять вернулось к привычному ритму. Не останавливаясь, я подскочил и рванул дальше, ощущая небольшую боль в левой ноге. Господи, если это единственное, чем мне придется расплатиться за падения из окна третьего этажа…
— Вон он, чертов ублюдок!.. — донеслось мне в спину откуда-то сверху. Я даже не стал оборачиваться. Сомневаюсь, что высунувшиеся из разбитого оконного проема молодчики рискнут повторить мои цирковые кульбиты. Задний двор гостиницы, заваленный плохо различимым в темноте хламом, окружала невысокая, не более пары метров кирпичная стена. На нее то я с разгона и вскочил. Ухватился пальцами за верх, подтянулся и мощным рывком перебросил свое тело через нее. Приземлился с обратной стороны и сломя голову, не глядя под ноги, ломанул прочь от гостиницы. Мое обострившееся ночное зрение очень помогало.