На остальное можно было плюнуть. Какая разница, сколько он получит, если ощутимо приблизится к своей цели, а головную боль за работу искинов и беспилотников возьмут на себя технари? Главное, что дело сдвинулось! Ему лишь надо было отладить весь комплекс в действии, за что он с удовольствием и взялся.
Протестировав работу дронов, Митька перешел к челноку и попробовал на нем заарканить первый попавшийся ему металлический булыжник без крупных примесей редких элементов. Тот шел в потоке небольших обломков астероидов с самого края, а поскольку траектория его полета проходила по касательной к орбитам станции и Цереры и никак их не задевала, Митька решил потренироваться. Электростатический модуль он пока решил не использовать, чтобы проверить свои силы.
Метеороид достался Митьке непросто: с него семь потов сошло, пока тот не был надежно схвачен механической рукой и не затащен в отсек челнока. Проблема была, как и предупреждала кошка, в вестибулярном аппарате. Несмотря на то что синхронизация траекторий корабля и космического скитальца проходили в автоматическом режиме, Митька начал утрачивать представление о пространственном положении своего тела.
Внешний экран был отключен, сам он надежно прикреплен рамой безопасности к креслу, а головой старался не вертеть, но беспорядочное вращение челнока привело к тому, что его начало подташнивать. Отолиты – маленькие кристаллы кальция, которые располагаются у человека на волосковых рецепторных клетках внутреннего уха и отвечают за равновесие, в отсутствии гравитации и под воздействием сил вращения стали жить своей жизнью, и Митька почувствовал, почем фунт лиха. А ведь в училище он на свой вестибулярный аппарат не жаловался и постоянно проводил время на медицинских тренажерах.
Но затем организм приспособился, и он даже не потянулся к таблеткам, чтобы предупредить будущую тошноту. В принципе, в скафандре были предусмотрены разные способы защиты от рвотных масс, и они не должны были забить кислородные трубки или залепить космонавту рот и нос, тем не менее отрадного в них было мало.
Однако неприятности только начинались.
Метеороид, бездушная металлическая «каменюка», начал вести себя донельзя странно. Митька синхронизировал с ним орбиту, но тот постоянно от него уходил, будто кто-то толкал его в бок.
У него что, встроенный двигатель внутри? Как такое может быть, задавал он себе вопрос?!
Или, может, у Митьки неправильно работает навигационный комплекс?
Переход на персональный вычислитель ровным счетом ничего не дал. Кусок астероида, словно угорь, постоянно ускользал из захвата. Пришлось вводить поправки.
Погоня продолжилась, и Митька в ее процессе натерпелся такого, что даже на несколько секунд потерял возможность управлять процессом. Хорошо, что челнок в это время шел полностью в автоматическом режиме.
Когда, наконец, метеороид был заарканен, у ловца не на шутку тряслись поджилки.
Зато на душе было спокойно и уютно – он доказал себе, что кое-что может.
Из кабины экипажа был откачан воздух, и Митька вышел в грузовой отсек, чтобы закрепить беглеца и заняться настоящим делом. Нужно было проверить портативный сканер, а заодно точно определить количественный состав примесей, присутствующий в металлической структуре метеороида. Сканером тот классифицировался типом М, с умеренно большим альбедо, определенным по диффузной отражательной способности поверхности, но другие режимы Митька не запускал и не знал, что находится у того внутри. Вряд ли что-нибудь кроме железа и никеля, но вдруг?
После того, как сетка на камешке была натянута, он занялся ее крепежом и вволю посмеялся над помогающим ему роботом. Затем закрыл грузовой отсек, вновь наполнил челнок воздухом и приготовился вскрыть мобильный комплекс сканирования, но не тут-то было…
Паучок, добравшийся по своей нити до метеороида, наконец-то отцепил от него свои членистые ножки, пробежался по крепежной сетке и присел, чтобы перепрыгнуть на пол, но неожиданно замер. От камешка в его сторону побежали искорки, и через пару секунд робот уже плыл по отсеку мертвым металлическим комком.