«Новеньких забрала я. На собеседования. Буду в кабинете руководителя гонок. Зависну ориентировочно на час-полтора. Постарайся раздобыть хоть какую-нибудь информацию по этим персоналиям, а затем помоги Рае…»
Я отправил родительнице оба досье, дождался появления Императора и предложил довезти его до боксов с машинами. Как и следовало ожидать, он согласился, а четверка телохранителей ощутимо напряглась. Тем не менее, оспаривать решение своего подопечного не стала, поэтому сверлила меня не самыми добрыми взглядами все время, пока мы усаживались в «Искорку», а потом «подвесила» над машиной два высокоскоростных дрона и рванула к башенке лифта. Вне всякого сомнения, точно зная, что самый быстрый способ добраться до нужного места — это пробежаться по подземному тоннелю для Особо Важных Персон.
Мы тоже рванули. Только поверху. Промчались мимо площадки для отработки навыков экстремального вождения, зарулили на территорию парк-сервиса, уступили дорогу пелотону из семи разноцветных «Ветерков» наших пестунов и бордового «Шквала» Вари, закончивших тренировочный заезд и несущихся заправляться, пролетели мимо ремзоны и затормозили в считанных метрах от пелотона номер два.
Как и следовало ожидать, за время нашего отсутствия Суккуба успела «построить» добрую треть команды и с их помощью «упаковала» Волконских в новенькие комбезы и шлемы, усадила напассажирские сидения болидов, убедила не трепыхаться и выделила каждому «страдальцу» по персональному водителю. Яромира Ярославовича это решение неслабо разозлило, поэтому он очень недовольно поглядывал на мою «прабабку», сидящую за рулем своей машины и изнывавшую от предвкушения. «Строгая наставница» зачислила в ряды пассажиров и Ярослава Георгиевича, вроде как, переросшего это гордое звание. И, отправив его к черной «Искорке», слева от которой стояла Янка, объяснила свое решение:
— Дамы и господа, ваши машинытолько выглядят серийными. Вот вам икажется, что управлять ими — раз плюнуть. На самом деле вы себе льстите: эти монстры рассчитаны на уровень навыков, до которых вам растине менее полугода, ине прощают ошибок. Поэтому два первых круга мы поможем вампочувствовать, к чемугарантированно приводит самоуверенность. Ну и, конечно же, поможем ощутить буйный нравгоночных автомобилей на своей шкуре. На этом пока все. Лют, прокати, пожалуйста, Наилю Каримовну…
Младшая сестра Великого Архитектора, уже затянутая в красно-черный гоночный комбез, выбралась из «Егеря», стоящего поодаль, чуть ли не раньше, чем «старшая сестренка» изложила свою просьбу, и молитвенно сложила руки перед внушительной грудью. Откровенно говоря, я бы предпочел прокатить Ярослава Георгиевича или Мирославу Михайловну. Но права выбора мне, увы, не предоставили, поэтому я плавно повел рукой, приглашая Земляничку в свою «Искорку», дождался, пока она вытащит из внедорожника матушки шлем и защиту шеи, открыл левую дверь и на несколько минут выпал из жизни.
Пока возился с пассажиркой, ни на что не отвлекался. Поэтому закончил достаточно быстро, обошел «Искорку», упал за руль, вышел в общий канал и доложил, что готов к началу движения.
Суккуба разрешила мне работать в свободном режиме и сходу отправила на трассу. Вот я и зашевелился — завел движок, плавненько тронулся с места, доехал до стартовой линии и… дал по тормозам. А потом уставился в линзу угольно-черного шлема и запоздало поинтересовался, «сдавалась» ли Наиля Каримовна нашим целителям.
— Да, конечно! — кивнула женщина и затараторила: — Они пообещали, что в течение получаса… вестибулярка меня не подведет.
— Отлично! — внутренне расслабившись, выдохнул я и неожиданно для самого себя расплылся в ехидной улыбке: — Тогда готовьтесь к экстремальному веселью…
…Вопреки моим опасениям, цесаревич Яромир оказался личностью, заслуживавшей глубочайшего уважения. Да, он с детства привык повелевать, но эта привычка не выключила ему мозги — наследник престола умел и любил учиться, слышал не только свои аргументы, не считал себя гением, принимал чужие советы, признавал свою неправоту и благодарил за помощь по велению души, а не потому, что так надо. Поэтому часам к четырем дня заставил себя зауважать даже Раису Александровну. А в начале шестого убедил ее в своей исключительной дисциплинированности, получил официальное разрешение самостоятельно прокатиться по гоночной трассе и не разочаровал — с первого и до последнего мгновения первого круга выполнял поставленную задачу, не превышал потолок разрешенной скорости и т.д.