— Маршал Жуков всё ещё отдыхает? — спросил командующий фронтом, закуривая. — Ты к нему не заходил?
— Боже упаси беспокоить представителя Ставки без надобности, ещё обидится, — усмехнулся Малинин. — Но маршал не спит.
— Откуда ты знаешь?
— Когда шёл мимо его комнаты к связистам, то слышал его громкий голос, он с кем-то разговаривал по ВЧ. Подумалось, не Сталин ли ему звонил?
Рокоссовский хотел было что-то сказать, но в это время к ним вошёл маршал Жуков. Оба генерала как по команде поднялись из-за стола.
— Ну, что нового на вашем фронте, коллеги? — на весёлой ноте спросил Жуков, в упор глядя на Рокоссовского. — Есть что-нибудь серьёзное?
— Идут бои местного значения, кое-где враг стремится опрокинуть наши огневые позиции, но безуспешно, — доложил командующий фронтом и зевнул.
Жуков не замедлил спросить:
— Что, ночью опять не спал?
— Не пришлось... — обронил Рокоссовский и честно признался: — Устал я за эти дни, Георгий Константинович. Всю ночь звонили телефоны, и мы с Малининым вели переговоры с командармами и комдивами...
— Это я одобряю, Костя, — необычно тихо произнёс маршал. — В тяжёлую минуту найти тёплые слова для того или иного командарма — значит поддержать его, ободрить. Не так ли, генерал Малинин?
— Истина, товарищ маршал!
Жуков улыбнулся.
— У вашего командующего фронтом всегда припасены нужные слова для своих соратников, а вот я, Михаил Сергеевич, не в ладах с этим тёплым словом. Надо командарму сказать что-то доброе, а с губ срывается грубость. Костя, может, подскажешь, как мне быть? — усмехнулся Георгий Константинович. — Дашь мне совет?
В голосе маршала Рокоссовский уловил насмешку, однако возражать Жукову не стал, а свёл разговор к шутке:
— Что-что, Георгий Константинович, а советы давать не умею. — И он развёл руками.
Только сейчас Рокоссовский заметил, что Жуков был одет, видимо, собрался куда-то ехать.
— Вы что, покидаете нас? — спросил слегка удивлённый Рокоссовский, и в его голосе маршал уловил разочарование.
— Уезжаю, — подтвердил Жуков. — На рассвете мне позвонил Верховный. На его вопрос, какая обстановка на Центральном фронте, я ответил, что у немцев нет таких сил, чтобы сломить нашу оборону. А коль так, то настало время Брянскому фронту и войскам левого крыла Западного фронта переходить в наступление. Тогда, Костя, и твой Центральный фронт сможет успешно начать боевые действия, как предписано Ставкой и Верховным главнокомандующим. Сам понимаешь, что если этого не сделать, немцы смогут организовать свою оборону, к которой они вот-вот перейдут. Как видишь, Костя, у меня от тебя секретов нет. — Жуков широко улыбнулся.
— И что же Верховный? — спросил Рокоссовский с огорчением, которое он не скрывал, так как ему не хотелось, чтобы представитель Ставки покидал Центральный фронт: если ситуация осложнится, ему не с кем будет посоветоваться.
— Товарищ Сталин согласился со мной и приказал выехать к генералу Попову (командующий Брянским фронтом. — А. 3.) и вводить в дело Брянский фронт. Я даже согласовал с Верховным дату начала наступления.
— Когда же, если не секрет? — поинтересовался генерал Малинин.
— 12 июля.
— Выходит, через три дня, — уточнил Рокоссовский.
— А чего время терять? — усмехнулся Жуков. — Кстати, когда войска Брянского фронта начнут продвигаться к Орлу, немцы наверняка станут снимать свои войска из группировки, которая действует против Центрального фронта. Ты, Константин Константинович, постарайся этим воспользоваться. Усёк?
Последние слова маршала вызвали в душе Рокоссовского прилив тёплых чувств, и ему захотелось хоть как-то отблагодарить Жукова.
— Мне бы ваше умение, Георгий Константинович, разгадывать замысел врага, — с грустинкой в голосе произнёс командующий фронтом.
— Не прибедняйся, Костя, ты сам умеешь это делать, — осёк его маршал. — К тому же с ситуацией на Центральном фронте ты неплохо справляешься, и моя помощь тебе не потребуется. А вот генералу Попову и особенно генералу Соколовскому, недавно ставшему командующим фронтом, она не помешает. — Жуков вскинул пытливые глаза на Рокоссовского. — Ты, надеюсь, не забыл, кто командовал Западным фронтом во время сражения с немецко-фашистскими захватчиками под Москвой в сорок первом?
— Как же, помню, — неожиданно покраснел Рокоссовский. — Такое не забывается...
В 1941 году в районе Истры на 16-ю армию генерала Рокоссовского навалились полчища врага. Потребовалось отвести наши войска на заранее подготовленный рубеж, чтобы эффективнее бить фашистов. Это был район реки Истры и Истринского водохранилища. Рокоссовский позвонил на КП Жукова, чтобы взять разрешение. Но Жуков в категорической форме отказал ему: «Приказываю стоять насмерть, не отходя ни на шаг».