- Ты, Ирихин, забыла, еще и "яблятьжена". И кстати, муж мой Серёга после моего последнего возвращения от тебя в семь утра в состоянии никакашки долго смотрел на меня волком, - подала голос из-за компа начальник отдела энд подруга Гала.
- Ладно, с тобой - "яжемыжевыже" все и так понятно. Отмаз твой не прокатил. Теперь наш единственный и неповторимый Алексашка. Хотя и с ним все тоже ясно:"Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржетта. Покуда со мной вы, клянусь, моя песня не спета!" - пропела речитативом Ирина Адольфовна, и все дружно рассмеялись.
Подчинённые своего начальника, при всей ее жёсткости, требовательности и даже изрядной придирчивости, уважали безмерно.
В отличие от других руководителей она никогда своих юристюгендов внешней среде не давала в обиду.
Ни один сотрудник предприятия не мог себе позволить проявить негативное или неадекватные поведение в отношении юристов.
Думать все могли, что угодно, но транслировать не смели. Не делали это из боязни попасть под горячий и острый язык Фюрера.
Сама Ирина наматывала нервы и сопли своих юристов на их же кулаки постоянно. Но…Всегда только сугубо по поводу и веской причине.
Сколько каждый из троих сотрудников юротдела потерял нервных клеток не знал ни один человек в компании.
Подчинённые Ирины Адольфовны по ее жёсткому требованию держали свои языки за зубами и никогда не выносили сор из избы.
Внутри отдела, что в конторах случается редко, всегда царили мир, согласие и взаимовыручка. Все недовольства и разгорающиеся конфликты Фюрер гасила быстро. Карала за них нещадно.
Несмотря на то, что отношения в отделе были дружественно-семейными, Ирина, дабы все не скатилось в фамильярный беспредел, никому не позволяла переходить тонкую черту.
Всё её юристюгенды знали, что, потеряв берега, можно огрести от своего начальника по полной программе.
Во время обсуждения текущих вопросов в кабинет влетела как всегда всклокоченная первая замша.
- Конечно, уже тридцать минут идёт рабочий день, а юристы как всегда кофий пьють, - выпалила несколько раздраженно Юлия Борисовна.
Ирина, подняла глаза на непрошенную гостью, вместо вербального ответа лишь приподняла бровь.
- Ой, ну ладно уже и пошутить нельзя, - заюлила первая замша. - Я бы не стала вторгаться в вашу традиционную кофейню планерку, если бы не генерал.
Услышав последние слова Ирина, не скрывая своего раздражения, скривилась, но без комментариев.
И в данном случае не из-за неприязни к Грекову, а потому что её бесило чинопочитание, подобострастие, лизоблюдство Юльки. Она все время, как лед на солнце, растекалась перед теми, кого считала значительнее и важнее. Особенно, если этот кто-то был мужчиной.
По мнению Ирихи, Борисовна по природе своей была истинной самкой, которая всегда виляла хвостом и показывала брюхо, демонстрируя свою покорность самцу.
- И в чем причина? Если ему надо, пусть вызовет меня сам. Или Вас, Юлия Борисовна, уже в секретари разжаловали? - чертыхнувшись про себя в очередной раз, язвительно произнесла Ирина.
- Ой, ну и шуточки у тебя, Ир. Нет. То есть Грекова нет. Он в Москве. И ему нужна информация по судебным решениям, которые касались возврата налогов, - протараторила Борисовна.
- Ииии? Проблема то в чем? - тон Ирины стал еще жестче. - У меня об этом не судьба спросить?
- Так он тебе, Иришечка, написал, но ты не ответила. И Максим Викторович забеспокоился, что ты заболела. Ну…он…так…решил. Ну, то есть..я…сходила…в твой…кабинет, - захлопала и забегала глазами Юлька, будто в ее голове что-то заглючило.
Ирина, насупив брови, достала из сумки телефон и увидела сообщение от Йети, которое пришло ей минут двадцать назад.
- В принципе вы можете мне дать информацию, а я быстро её отправлю Грекову, - на прежних лыжах продолжила фланировать Борисовна.
- Зачем же это? Я, слава Богу, здорова. Сейчас минут через пять отправлю необходимые данные, - как можно спокойнее произнесла Ирина, хотя внутри бушевало торнадо.
- Ну, и славно. Ну, и славно! Как освободишься, зайди ко мне. Хорошо? - с хитринкой во взгляде произнесла первая замша, покидая кабинет.
Ирину раздражала и бесила вся эта ситуевина. И ведь корежило её даже и не от КентоЙети, а от себя самой.
Она все выходные гнала из своей головы мысль, что в пятницу повела себя как полная дура.
Йети на самом деле не сделал ничего этакого, пикантного или оскорбляющего её женско-человеческое достоинство. Он просто как воспитанный человек проявил к ней сочувствие и эмпатию.
Да, и вопросы про беременность не были уж и такими оскорбительными. Потому как это совершенно нормально, когда мужчина интересуется здоровьем и проявляет заботу по отношению к женщине, с которой у него была близость.
И сколько бы она, как страус, не прятала голову в песок, секс у них случился. И этого из книги жизни уже не вычеркнешь.
Её нервяк ей тоже был понятен. Да, да, потому что не её это мужчина! Вот не её и все! И точка!
" Ириха, а почему собственно не твой? Ну, с какого ты решила, что он тебе не подходит? Ростом не вышел? Фигура смешная? Лицом не Бред Пит? - язвительно задавал вопросы внутренний голос. Ирина слушала сама себя и, злясь, парировала то, что понимала, но не принимала. - Да, все именно так! И фигура не та, и лицо, и вообще, не мой человек и все! Давит он меня. Воздух просто выбивает. Пространство все вокруг занимает. Пытается подавлять, продавливать и прогибать под себя. И это совсем не моё! Хватит мне и папы Ади! Все тема закрыта!"
Направив генеральному информацию по запросу, Ирина тут же закрыла свернула страницу мессенджера и выключила телефон. Сделала это второпях, преднамеренно, чтобы не видеть ответ Йети.
Ирка прекрасно понимала, что он ей напишет. Обязательно. И в его сообщении может быть то, что ей явно не понравится. Вывод такой она сделала, памятуя об эсэмэс, на которые она "забила" в выходные дни. За субботу и воскресенье в общей сложности она насчитала двадцать пять месседжей от гендира.
"Ой, ну вот, наконец-то найденная форма обращения, которая будет его дистанцировать от меня. Да, уважаемый генеральный директор? - подумала ещё, попробовала фразу на язык и решила окончательно Ириха. - Смотреть на него сквозь стекло и общаться только официальным казенным тоном…"
Додумать свою мысль она не успела. Трель внутреннего телефона нарушила всю стройность её алгоритма. Ответив на звонок, Ирина в трубке услышала дружески-заискивающий голос Юлии Борисовна, которая приглашает её на поболтать за чашечкой чая.
Глава 20
Глава 20
- Ирин, как прошла встреча? - как бы невзначай поинтересовалась Борисовна за чашкой чая.
- О чем, Вы? - произнесла Ира, зеркаля тон замши.
- Ну, ну…Ты же в пятницу на встречу с генералом ходила, - продолжила говорить ЮБ, намеренно выстраивая фразу так, чтобы в ней появился двойной смысл.
- А, Вы об этом. Я уж и забыла про эту встречу, - ответила Ира совершенно безэмоционально. - Ничего интересного. Очередной мнящий себя гением хлыщ с нежизнеспособным проектом строительства линии электропередачи.
Юлия Борисовна зависла, подняв на Ириху глаза, в которых шел активный мыслительный процесс.
Ирка, хихикая про себя, решила:"Пусть помучается!" - и продолжила с невинным видом пить чай.
- А чего генерал не взял с собой Верчука? Ты то причем, если вопросы техдира касаются? - не сдержавшись фыркнула ЮБ.
- Вопрос не по окладу. Ответить не могу, - Ирина выдала свои любимые фразы.
- В смысле? - выпалила удивленно-раздраженным голосом Борисовна.
Сначала Ира в рифму чуть не брякнула:"В коромысле!" - но, вспомнив про возраст, не стала дерзить женщине на семнадцать лет старше её.