«Я с тобой не разговариваю!»
Молчание нарушил Севка.
— Скоро вы меня никогда больше не увидите! — сказал он и вздохнул.
— Почему? — не выдержал Вартан. Сильно покраснел и пробурчал: — Я ведь с тобой не разговариваю!
На эти подначивающие слова Севка не обратил никакого внимания.
— Потому что я исчезну с вашего горизонта, — сказал он. — Навеки.
— А куда ты денешься? — тихонько спросил Коля.
— Вероятно, уплыву на каком-нибудь корабле в дальнее плаванье. Наймусь юнгой. Спрячусь в трюм, а вдали от берегов вылезу. В открытом море не высадят.
Вартан засопел. Его распирало от желания задать множество вопросов, но он крепился. Он же терпеть не может Севку, а вообще между ними все кончено!
— А мама тебя отпустит? — спросил Коля. И кашлянул: ему очень хотелось добавить: «А папа?» Но это у него не выговорилось.
Севкино лицо приняло гордое и вместе с тем горькое выражение.
— Мне ни до кого нет дела! Теперь я сам себе голова. Буду бабушке в Днепропетровск письма писать. И бросать их на каждой стоянке. Хотите, я вас оповещу о своей нелегкой судьбе?
— Что ж, — согласился Коля, — оповести.
— Ладно. Запечатаю письмо в бутылку и брошу ее в океан. Годами она будет носиться по беспредельной и грозной водной стихии. Будет подвергаться натиску штормов и бурь, а потом какой-нибудь рыбак на Тихом океане, возле пустынного мыса, выловит ее, она ему в сети попадет вместе с рыбой. Рыбак извлечет из бутылки слегка подмокшее письмо, но все-таки можно будет разобрать адрес, и он отправит письмо в Ленинград.
— Но, если бутылка будет так подвергаться, — печально сказал Коля, — то мы долго ничего не будем о тебе знать. — Ему стало жаль Севку.
— Конечно! — Севка кивнул грустно и с достоинством. — Но что же делать! Такова жизнь!
Помолчали.
— А те хулиганы, Васька Большой, — хрипло, оттого что долго сдерживал свой голос, сказал Вартан, — и Рыжий этот. Они уже, наверно, уехали куда-нибудь? Совсем о них больше не слышно.
Севка усмехнулся.
— Уехали? Да их и не было никогда!
— Как не было? — Вартан не верил своим ушам.
— А как же ты… — звонким голосом начал Коля.
В эту минуту яркий луч света прорезал чердачный сумрак. Луч осветил Севкино отрешенное от обыкновенной жизни лицо, перескочил на беретик Вартана, скользнул по Колиным плечам. Мальчишка лет тринадцати в пальто с поднятым воротником вертел карманным фонариком. Рядом с ним стоял парень лет семнадцати.
— Почему ты не пришел сегодня, как было условлено? — обратился мальчишка к Севке.
— Не мог. — Севка приподнял брови. — А разве я обязан?
— Слово держат железно! — сказал Толик.
Севка присматривался к парню, совершенно ему незнакомому. Это еще кто такой?
— Да, слово, данное корешу, держать полагается, — сказал незнакомый и покосился на Вартана с Колей. — Это что за плотва?
— С нашего двора, — ответил Севка, начиная нервничать.
— Надо поговорить. — Толик мотнул головой в глубь чердака. — Отойдем.
Как пичуги на заборе, Вартан и Коля продолжали смирно сидеть на опрокинутой ванне. Отошедшие в сторону Севка, мальчишка и парень о чем-то толковали, стоя под стропилами. Похоже, что спорили. Эти, вдруг появившиеся, кажется, чего-то требовали от Севки. Севка замотал отрицательно головой, отпрянул от них. Парень схватил Севку за плечи, мальчишка стал сдирать с него пальто. Севка сопротивлялся и держался за карман.
— Это мамин будильник! — закричал он. — Заграничный, я только взял с собой, чтобы время знать!
— А долг не принес? Плати теперь! — мальчишка повысил голос. До сих пор все трое говорили тихо.
Вартан и Коля в испуге соскочили с ванны.
— Кажется, те злодеи! — прошептал Вартан. — Соврал Севка, что нету их!
— Что они с ним делают? — Колю забила крупная дрожь.
— Грабят у него какой-то будильник…
Дальше все произошло так быстро, что и не сообразить, как это случилось.
Севке выкрутили руку. Раздался его пронзительный крик: «Помогите!» Вартан метнулся в сторону Севки, потом кинулся к выходу с чердака, оглянулся и успел увидеть, как Коля бросился к парню, схватил его за штанину и стал отрывать от Севки. Парень взмахнул рукой. И вот Коля куда-то провалился. В следующую секунду, задохнувшись от ужаса, Вартан увидел, что Коля, его Коля, валяется на дощатом полу. Лицом вниз валяется и не шевелится. Нет, это не на самом деле, такого не может быть!
Вартан затопал ногами, крича изо всех сил и не замечая, что его толкнули, убегая, парни. Севка, которого уже не держали, высунулся в чердачное оконце и слезно вопил: