Лорд Кален нагнулся к ней и поцеловал в лоб.
– Пообещай мне, Кален. Если я все же поддамся темной гнили, так и не закончив свое дело, ты должен убить меня. Быстро и не задумываясь. – Она отыскала его руки и крепко сжала их. – Прости за то, что вернула тебя только для того, чтобы ты терпел все это. Думала, я окажусь сильнее. Думала, рядом с тобой я стану сильнее.
Искатель смерти поочередно поцеловал ее в щеку, нос и губы.
– Обещаю. Что бы ни случилось, знай: я с тобой. До самого конца.
Сказать, что Баи отнесся к нам с тем же подозрением, что и мы к нему, – ничего не сказать. Хотя его опасения в основном распространялись на представителей королевского двора Шифана, особенно на Тансуна. Стража охраняла его комнату не только снаружи, но и внутри, а сам мужчина был облачен в военное обмундирование: в одной руке он держал короткий меч, другой тянулся к палашу, водруженному на стене. Несмотря на их с Халадом взаимопонимание, Баи с недоверием воспринимал наши доводы до тех пор, пока Халад не протянул ему письмо старого кузнеца.
– Это его почерк, – заключил он, внимательно изучив написанное, а после выдвинул ящик стола и достал лист бумаги. – Это письмо Нарел прислал мне несколько месяцев назад, где сообщил о своих намерениях посетить Яншео. Но он так и не приехал, и я решил, что он передумал. Когда вы сказали, будто ищете его, я и представить себе не мог, в какой он опасности, – почти обвиняюще сказал Баи.
– Откуда вы знаете старого кузнеца? – поинтересовалась Зоя.
– Он – давний друг детства моего отца. Тогда ашам еще не было известно о его способностях в магии. Император терпит его только потому, что тот приезжает к нам лечить больных. Но мы с ним знакомы со времен, когда я был маленьким мальчиком.
– Так Нарел – даанориец? – Я знала о Кузнеце душ совсем немного: он не был ни одалийцем, ни кионцем. – Нарел ведь не даанорийское имя, да и сам он не похож на уроженца Даанориса.
Баи рассмеялся.
– В молодости он вполне походил на даанорийца, хотя у него наверняка есть кионские корни по материнской линии. Однако позже я убедился, что с возрастом все сложнее установить национальную принадлежность человека. Да и сам Нарел посчитал необходимым для своей новой жизни взять себе другое имя. Он перестал быть жителем Даанориса и стал жителем нации. И все же они с моим отцом оставались близки. – Баи махнул рукой своим стражникам и отдал несколько резких приказов – комната в считаные секунды очистилась от солдат. Его секретарь, взглянув на нас, что-то спросил у Баи на даанорийском. Получив утвердительный ответ, взволнованный мужчина быстро собрал свои бумаги и с облегчением вылетел из покоев.
– Вы же не шарлатаны? – спросил Баи. – Это не хитрый заговор против моего императора, а женщина, которую вы называете принцессой Инессой, действительно та, за кого себя выдает? Нарел на самом деле в опасности?
– А вы не полный тупица, который все время оскорбляет и унижает чужеземных гостей, посещающих ваш город? – парировала я.
Лик шумно сглотнул. Халад раскладывал небольшие драгоценные камушки, украшающие каминную полку. Кален ухмылялся.
– Неужели я так себя вел? – смутившись, произнес Баи. – Я решил, что вы ловкие мошенники, которые хотят одурачить моего государя. Я даже предположил, а не является ли саурва умелой иллюзией, созданной вашими заклинаниями. Мы слышали о помолвке кионской принцессы и сына короля Телемайна и помыслить не могли, чтобы Одалия с такой легкостью расторгла этот союз. Вряд ли принцесса приехала бы и предложила себя императору Шифану.
– Принцесса Инесса всегда отличалась спонтанностью, милорд, – прорычал Фокс.
– Я не видел Нарела больше года. Я распоряжусь, чтобы стражники организовали поиски в городе. И еще, лорд Халад, пожалуйста, будьте с этим аккуратнее. Эти драгоценные камни нефрита восходят к династии Харшин.
– У нас есть основания полагать, что при дворе императора Шифана находятся шпионы Усижа, милорд, – предостерегла его Шади. – Я бы советовала вам выбирать для этой операции только проверенных людей.
– Усиж? – нахмурился чиновник. – Вот уже почти десять лет мы пристально наблюдаем за железной крепостью в Хайца, и непохоже, чтобы он ее покидал. Хотите сказать, что все это время он скрывался здесь, в Сантяне?
– Его нельзя недооценивать, милорд.