Возможно, я зашла слишком далеко, мне совершенно не хотелось быть с ним любезной. Но мои слова возымели нужный эффект: Шифану необязательно было носить стеклянное сердце, чтобы я уловила исходящий от него страх, острый и терпкий, словно обдувающий нас ветерок.
– Темная аша хочет сказать, – вступилась Зоя, чья речь походила на сладкий сироп, в отличие от моих твердых как гранит слов, – что замысел Безликих разжечь между нами вражду увенчается успехом, если мы будем действовать разобщенно. Мы должны объединиться, ваше величество, но способами иными, чем брак.
Император нахмурился и все же кивнул.
– Верно. Мой народ… с самого начала не одобрял этот союз. Но мы с Инессой уже поженились.
– Это не так, ваше величество, – вмешалась Инесса. – Для окончательного скрепления брачного союза должно выполняться одно условие: невеста императора обязана прийти к ложу своего супруга чистой и непорочной. А я… не могу выполнить это требование.
Подобное заявление Инессы перед лицом своего мужа – тем более у всех на виду – стало настоящим скандалом. Император в ужасе отшатнулся от нее, толпа ахнула, а я подавила ухмылку.
Потом решила смягчить тон:
– Нет ничего зазорного в том, чтобы объявить вашу женитьбу на Первой Дочери Киона недействительной. Кион не станет идти на ответные меры, а вы сохраните доброе имя в глазах своего народа. В конце концов, это нас отвергли. Но вы, проявив великодушие, предложили нам заключить более выгодное торговое соглашение с Кионом в знак укрепления нашей дружбы, несмотря на неудачный союз.
Император хоть и был гордецом, но вовсе не глупым человеком. Чем дольше он думал, тем больше ему нравилась эта идея.
– Это единственный выход, – медленно произнес он. – Как бы я… ни ценил принцессу Инессу, я не готов свои чувства к ней ставить превыше Даанориса. Магия, которой вы обладаете… слишком велика для моего королевства, для любого королевства. Посмотрите, какому ужасу вы подвергли мой народ. Правы были мои предки, запретив ее использование.
Он взглянул на парящий в небе силуэт ази, словно бы ждал появления новой угрозы.
– Подумайте, какому ужасу вы подвергнете Кион, – добавил он.
– Вы с Инессой это спланировали, – произнес Фокс, когда мой нож вспорол плоть мертвого саурва. По моей просьбе даанорийцы оставили попытки унести дэва и с ужасом скрылись в безопасном месте. Зоя и Шади увлеченно беседовали с Тансуном. Теперь, когда его ненавистный соперник был перед всеми обесчещен, старик решил проявить дружелюбие. Кален стоял в нескольких метрах от нас и с легкой улыбкой на губах наблюдал за мной. От излучаемого его взглядом жара у меня по телу разливалось тепло.
– Ты снова прочитал мои мысли?
– Нет, но когда Инесса назвала причины, по которым их брак должен быть расторгнут, ты и глазом не моргнула. Тебя в первую очередь удивило то, что она заявила об этом во всеуслышание, а не почему она это сделала.
– Фокс, я не ребенок. Мне прекрасно известно, какие у вас с Инессой отношения.
Фокс покраснел.
– Вы уже обсуждали это с ней. То, как можно расторгнуть женитьбу.
Я кивнула.
– Это она придумала. Изучая историю Даанориса, Инесса узнала, что императоры предъявляют строгие требования к выбору невест. Шифан уже нарушил одно из важнейших правил, взяв в жены чужеземку. Поэтому он не будет так сговорчив, если она нарушит еще одно – особенно то, которое больнее всего ударит по его самолюбию.
– А если бы он настоял, несмотря ни на что?
– Я бы призвала ази и припугнула город. – Я почувствовала потрясение брата. – Не для того, чтобы причинить кому-то вред или убить, Фокс.
– Всякое могло случиться. Учитывая размер ази, было бы трудно избежать жертв.
– Знаю, но мы были вынуждены идти на крайние меры. Инесса была уверена в том, что ее план сработает. Вот почему она заявила об этом перед лицом всех придворных, чтобы вынудить его сохранить свое доброе имя. Конечно, по их меркам, ее репутация немного пострадала, зато все получилось.
– Ты меняешься, Тия.
– Люди меняются, Фокс.
– Тебя меняет Тьма. И не скажу, что к лучшему.
– Мы вышли из этой ситуации целыми и невредимыми, с наилучшим возможным исходом. Разумеется, все не могло быть к худшему. – Я погрузила руку в распоротый труп и извлекла из него безоар саурва. Дэв тотчас обратился в пыль, а со стороны даанорийцев донеслись крики. Их ужас был осязаемым; какое-то время я наслаждалась им, но потом все же взяла себя в руки и прогнала эти блаженные мысли.