– Как скажешь, батюшка. Да только… Зачем оно нужно-то?
– Экий ты, – засмеялся боярин. – Что ж тут непонятного? Если богатые земли в Сибири найдем, да с Никанским царством торговлишку наладим, то кто сильнее от того станет? То-то. Твой Трубецкой, а с ним и Борька Матвеев. А ежели мы Смоленск возьмем да Киев с городками? Тогда уж я сильнее стану. Вот и думай.
– Что тут думать, батюшка? Всё сделаю как велено.
– Ну и ладно. Иди хоронясь. Хотя погодь.
Боярин повернулся к небольшом ларцу, вынул из него мешочек, звякнувший монетами.
– Возьми. Здесь сто рублев. Сделаешь – намного больше получишь. И земельку, и деревеньки.
– Благослови тебя Бог, боярин-батюшка! Живота не пожалею! – Зиновьев быстро поклонился и выскользнул за дверь.
Буча началась неожиданно. И повод был странный. У строящегося городка-лагеря, что возле слияния Амура и Зеи, примерно там, где сегодня стоит Благовещенск, встретили казаков, которых Хабаров отправил с ясаком и воеводскими поминками в Якутск. Было их человек тридцать. Привезли они порох и свинец, что было очень кстати. Особенно в свете того, что богдойцы уже, возможно, идут по нашему следу. Привезли и хлеба, тоже совсем не лишнее.
Были там и письма. Разные. Мне Степан передал весточки от моих людишек. В письме от воеводы тот, узнав про бой под Очанским острогом, требовал, чтобы на богдойского царя мы шли войной, заставили того признать вассалитет от Москвы. Ой, мамочки родные. Было и совсем грустное письмо от брата Хабарова. Никифор писал, что из столицы приехали какие-то люди, чтобы дела воеводские ведать. Воевода с ними по все дни в своих палатах сидит. А если выходит, то бледен.
Это было плохо. При всех своих прибабахах Францбеков был надежной и купленной насквозь крышей. Потому известия казаков Хабарова не обрадовали. Старшим среди них Хабаров назначил якутского Третьяка Ермолина сына. Вот он и рассказал, что отправил в лодке пять казаков из вольных навстречу Хабарову. По мне, так большую глупость трудно придумать. Ну, земля или вода этим ребятам пухом.
Но людишки, что на трех мутных стругах плыли, тем известием воспылали. Поднялся ор, что мы пойдем назад, искать наших братьев. Кстати, почему не вперед? С тем же успехом. Ну да ладно. Часть казаков с этих стругов ехать не захотела, завязалась драка. Десятка три сбежали, а остальные отчалили. Всё как говорил Хабаров.
Мы тем временем остановились в городке и начали его укреплять. Уже и стены изгородили крепкие. Избы понастроили. Пытался Хабаров организовать посольство к богдойцам, чтобы миром решить дело. Но местные люди и наш китаец его отговорили. По их словам, это будет только доказательством слабости и еще скорее подтолкнет богдойцев к ответным действиям. Значит, будем биться. Благо можно выбрать и место, и оружие, каким встретить наших добрых соседей.
Пока выдалось свободное время, я переделывал и чинил пушки, захваченные у богдойцев. Особых новшеств я там не вносил, но постарался заварить и проклепать все опасные места, обточить их изнутри, чтобы сровнять все неровности, которые могли привести к разрыву. Теперь пушек у нас было аж шесть штук. Две отличные, били почти на полторы тысячи шагов. На тысяче шагов били уже мощно. Остальные послабее, но на трех-пяти сотнях шагов проламывали на раз. Одна пушка из захваченных, увы, годилась только на металл.
Немного усовершенствовал я и ядра. Хотя наш китаец-никанец говорил, что флота у богдойцев нет, я наделал штук полсотни цепных ядер, скрепленных металлической цепью. Паруса и такелаж такие штуки рвали отлично. Очень неплохо они действовали и простив пехоты. Правда, пока наши противники предпочитали конный бой, а в пешем строю действовали мы сами.
Всё думал про пулемет. Ну, не совсем пулемет, а что-то типа многоствольного оружия с механическим продвижением стволов по кругу. Такой агрегат некогда создал американец Гатлинг. На полях американской гражданской войны он показал себя совсем не плохо. Понятно, что старина «максим» лучше. Но тут уже сказывался уровень производства. Соорудить ось и кулачковый механизм замены стволов на коленке – мыслимое дело, хотя и не скажу, что простое. А полноценный пулемет с всякими мощными пружинами при отсутствии станков, нужных сплавов и унитарного патрона – очень сомнительно.
Не имея возможности заняться изготовлением этой нужной машинки, я прикидывал, смогу ли сконструировать и, главное, сделать в металле этот агрегат, будет ли он работать. Мне ж его не на полку поставить или в музей – мне им стрелять нужно.