Виноградов окинул меня оценивающим взглядом, чуть приподняв бровь. Его холёное лицо на мгновение исказила едва заметная усмешка.
— Договорились, — он встал, расправляя пиджак, и ответил крепким рукопожатием. — Теперь ты можешь себе это позволить.
Внутри всколыхнулась волна раздражения. Этот надменный козёл не упустил возможности напомнить о моём социальном положении. И именно в тот момент, когда я почти готов был проявить к нему снисхождение. Что ж, сам подписал себе приговор.
Последующие полтора года превратились в непрерывную борьбу с временем. Учёба поглощала утренние часы, тренировки выжимали последние силы вечером, а между ними втискивалось выполнение заказов. Но я никогда не искал лёгких путей – моя особенная форма лени всегда толкала к поиску нестандартных решений.
Постепенно выстроилась целая система: я обучил товарищей основам ковки, и вскоре они уже работали почти самостоятельно. Правда, при проверке половина изделий всё ещё отправлялась в брак, но это не останавливало процесс – у ребят появились свои подмастерья, и работа кипела.
— Какие планы на сегодня? — спросил я, наблюдая за реакцией друзей.
Их глаза загорелись любопытством – за годы общения они научились чувствовать, когда я готовлю что-то особенное.
— Судя по твоему тону, наши планы уже решены. — Женя сложил руки на груди, его голос звучал строго, но в уголках губ притаилась улыбка.
— Я в деле. — тут же отозвался Ваня, постукивая пальцами по рукояти привычного меча.
— Тогда одевайтесь парадно и не забудьте экипировку.
Через два часа мы встретились у условленного места. За прошедшие полтора года оба заметно возмужали – регулярные тренировки и настоящие поединки превратили их в настоящих воинов. Контракт с Виноградовым позволил им обзавестись добротной одеждой и первоклассным снаряжением.
— Свои мечи оставьте, — я указал на два аккуратных свёртка. — Сегодня используете эти.
Ваня нахмурился, его шрам над бровью побелел от напряжения:
— Идти на бой с непроверенным оружием?
Его опасения были понятны – довериться незнакомому клинку в бою равносильно самоубийству. Но обстоятельства не оставляли выбора, да и я лично проверил каждый экземпляр в ходе испытаний.
— За восемь лет я вас подводил? — спокойно спросил я, зная ответ.
Они переглянулись и молча забрались в заказанную мной карету. Путь проходил в тишине – годы дружбы научили их терпеливо ждать моих объяснений.
Когда карета остановилась у особого входа, миновав обычные ворота для гостей, один из четырёх стражников грубо рявкнул:
— Кто такие?
— Кто надо. — я невозмутимо протянул пропуск, краем глаза замечая, как напряглись мои спутники.
Стражник небрежно взял бумагу, но, пробежав глазами по строчкам, заметно побледнел.
— Прошу простить мою дерзость, господин.
— Мы опаздываем.
Остальные стражники, заметив реакцию товарища, поспешно распахнули ворота и вытянулись по струнке.
— Мне это сейчас померещилось? — прошептал Женя, его обычная уверенность дрогнула.
— Господи! — Иван закрыл лицо ладонями, но в его голосе звучало больше страха, чем любопытства. — Во что мы ввязались?
Глава 10
Величественная арена возвышалась перед нами, словно древний колосс. Её открытие месяц назад превратилось в грандиозное зрелище — маги огня расцветили небо каскадами искр, а присутствие более сотни высокопоставленных лиц из всех знатных семей Севастополя превратило церемонию в демонстрацию силы и влияния. Сегодня же, в день первых официальных поединков, количество именитых гостей превзошло все ожидания — представители всех округов съехались засвидетельствовать историческое событие.
Масштабы арены впечатляли настолько, что найти Владимира самостоятельно казалось безнадёжной затеей. В секторе для знати, где я находился, грациозно скользили между гостями девушки с подносами, разнося изысканные напитки и закуски. Мой взгляд остановился на одной особенно привлекательной официантке.
— Девушка, без вашей помощи мне не справиться. — произнёс я, подходя ближе.
Она окинула меня оценивающим взглядом, и лёгкая улыбка тронула её губы — явно решила, что я собираюсь флиртовать. Грех было не отметить её достоинства: пышный бюст, стройные ноги, точёная фигура. Но дело превыше всего. Сглотнув набежавшую слюну, я достал пропуск.