Воздушной атаки не следует, довольно хмыкаю: значит, как минимум попал. Осталось разделаться лишь с очкариком и бородачом, воздушник все еще может быть жив, но точно ранен.
Двигаюсь дальше предельно тихо, на максимуме концентрации. Из дальнобойных атак у меня только бросок духовным молотом и несмертельный удар воздухом. Поэтому я скорее пытаюсь скрыться, чем услышать врагов.
Где-то неподалеку мелькают огненные вспышки и проносятся молнии. Воздушных атак все еще нет — хороший знак. А вот то, что очкарик и бородач так уверенно раскидываются магическими атаками — плохой. Не будь они рядом, не стали бы рисковать, ведь могли тупо прикончить друг друга.
Натыкаюсь во тьме на что-то подозрительно мягкое, только чудом не спотыкаюсь. Тут же слышу резкий жадный вдох:
— Он здесь! — раздается чуть правее хрипящий возглас.
Черт! Беру меч в обе руки, правая на рукоятке, левая — с силой толкает навершие. Острие устремляется в темноту, входит в глотку противника, как в масло, пока не упирается в кость. Стоны и хрипы, возвращаю окровавленный клинок к себе.
Тут же тьма озаряется яркой вспышкой. Воздушный щит выдерживает удар молнии и все же разваливается на части. В полуметре проносится сгусток огня, чувствую жар от него. Пытаюсь вернуть воздушную защиту, направляя в меч ману. Вскакиваю и бегу со всех ног, не разбирая дороги.
Щит медленно разрастается за спиной. Звон стали о камень — острие меча упирается в стену, рука дергается. Резко разворачиваюсь и врезаюсь в скалу плечом. Удар пустяковый, но теперь меньше путей для отступления.
Бегу в сторону, но останавливаюсь. Вижу вблизи свет от огня, шар может сорваться с огненного меча в любую секунду. Тихо разворачиваюсь и двигаюсь обратно вдоль стены. Засада! Здесь совсем рядом мерцают молнии.
Медленно отхожу назад. Очкарик слева, а бородач справа. У меня только один шанс — прорваться во тьме между ними. Они приближаются, я концентрируюсь на своих чувствах, чтобы ничего не упустить. Стараюсь перейти в еще более глубокий боевой транс, иначе может не хватить реакции или скорости, а это будет стоить мне жизни.
Переключиться не получается, зато в голову приходит незатейливая идея. Она может сработать. Материализую в руке молот и кидаю его во тьму прямо перед собой.
На миг огонь и молния неподалеку замирают на месте. Но очкарик и бородач не бегут. Значит, нужно бежать мне, упираюсь свободной рукой в стену, ноги напряжены.
Пальцы вдруг ощущают легкую вибрацию в стене. Только я успеваю сообразить, что… Пол под нами проваливается! Падаю вниз, бьюсь о камень, вдыхаю дым и пыль. Грохот звучит такой, что звенят ушные перепонки. Никакой возможности ориентироваться, и вообще непонятно, что вокруг происходит.
Удары, ушибы проносятся по всему телу. Сильно бьюсь обо что-то тупое, но твердое. Скатываюсь вниз вместе с камнями, боль разбегается паутиной по всему телу. Ударяюсь еще неизвестно сколько раз, затем все затихает.
Землетрясения больше нет. Где-то неподалеку друг о друга грохочут огромные валуны, что никак не могут найти себе удобное положение. Что-то хрустит, на меня сыплются струйки мелкой крошки.
С большим трудом выбираюсь из завала и смотрю по сторонам. В этом тоннеле практически нет дыма, зато все в пыли, но светящихся грибов больше — можно ориентироваться. Натягиваю воротник на лицо, чтобы не вдыхать пыль, но самочувствие плохое или, скорее, непонятное, причем это точно не из-за ударов о камень.
Такое ощущение, что на меня действует повышенная концентрация маны с более низкого этажа. Я будто оказался на несколько уровней ниже, в другой части Подземелья, которая не соединяется с тем местом, где я был прежде. Ощущения совсем другие, в том числе и давление маны на организм. Ее попросту настолько много, что тело не справляется с фильтрацией этой силы.
Продвигаюсь дальше, внимательно смотрю по сторонам. Самый обычный меч уже в правой руке. Неизвестно, когда он может пригодиться, зато понятно, что лучше пока ману вообще не использовать, больно здесь высокий фон в этом плане, и лучше ману из окружения пока не поглощать.
Совсем неподалеку нахожу очкарика, ожидаемо, мужик уже без очков и огненного меча. Он стоит на четвереньках, непрерывно блюет и хватается за живот. В этот момент он пытается подняться, но бьется лицом о камень, когда рука подгибается. После все же неуверенно поднимается. Снова падает и вскакивает, падает и вскакивает…
Лучшей иллюстрации того, как чрезмерно высокая плотность маны в Подземелье воздействует на неподготовленного Искателя, мне уже не увидеть. Подхожу к нему и легким движением добиваю, чтобы не мучился. Ни капли сожаления, ни капли сострадания. Жалко только, что он не смог удержать в руках огненный меч, хорошее было оружие, но не заниматься же тут раскопками, право дело.