Нам перестали продавать редкие металлы, а купцы вдруг внезапно «позабыли» про свои заказы. И речь не только про холодное оружие и прочие изделия, но и про добытые из Подземелья ресурсы. Все стало настолько плохо, что мне пришлось дать менеджеру по грузоперевозке — Василию Витальевичу Куркину — выходные.
Но и это еще не все. Недруги начали распространять лживые слухи о том, что я будто бы связан с запрещенной артефакторикой и даже продавал товары подобного толка не только в Железнограде и округе, но и за границей Российской Империи.
— А знаешь, я отступать не намерен, — однажды сказал мне Гена, его глаза сверкнули злобой и коварством.
А после он встал с лавки, отвернулся от фонтана и кому-то набрал. Разговор проходил на повышенных тонах. Тем не менее, по довольному лицу брата я понял, что у него все получилось.
На мой немой вопрос он хмыкнул и ответил кратко:
— Узнаешь вот уже завтра.
Глава 14
У Геннадия Ивановича Чернова всегда было хорошо со связями в столице. С некоторыми парнями, что теперь выросли во влиятельных мужчин при власти, в детстве он ходил в одну школу, с другими — учился в университете.
Самыми полезными знакомствами Геннадий обрастал благодаря тому, что занимался в лучшем спортивном зале Москвы, который специализировался еще и на дорогостоящих специфических тренировках с духовным оружием.
Однако же, одних только знакомств мало и Геннадий Иванович это хорошо понимал, а потому он быстро переводил формальное общение с потенциально полезными людьми в другое русло. Благо дорогих и, действительно, интересных развлечений хватало в Москве.
Порой стоило лишь дважды сходить с новым знакомым на какие-нибудь занимательные мероприятия и уже можно было беседовать с ним о заключении сделок или проворачивать разные взаимовыгодные схемы.
Тем влиятельным людям, что не могли принести пользу сразу или в ближайшем будущем, Геннадий, по мере возможности не перешагивая через свои принципы, помогал им сам и этим, как бы ловил на крючок.
С одной стороны, Геннадий не сделал для того московского генерала ничего такого. А с другой стороны, сам Поликарп Федорович Нещеров считал себя обязанным этому пробивному парню, хоть четко уже и не помнил за что — забылось за временем лет.
Так или иначе, однажды пришлось отдавать долг. Геннадий рассказал Поликарпу Федоровичу о том, что нужно сделать. Да, задача непростая и потребует задействовать еще нескольких людей, но главное — провернуть все так, чтобы не оставить следа. И генерал, недолго думая, сообразил, как это сделать. Он позвонил еще одному человеку, профессионалу своего дела, затем передал наличные деньги другому.
Так или иначе, схема заметно усложнилась. Все закрутилось, завертелось и вот уже несколько дней спустя, граф Петр Альбертович Черепанов с довольным лицом распаковывал в своем спортзале новый дорогостоящий артефакт.
Мужчина, что продал его Черепанову-младшему, откровенный столичный перекуп. Но графа это не волновало, ведь он, совершенно случайно — во всяком случае он сам так думал — узнал об этом артефакте и купил его.
Петр Альбертович прежде не имел дел с настолько уникальным творением артефакторов, а потому был несказанно рад… Еще бы, ведь Черепанов-младший даже не подозревал, что уже попался на крючок.
Он собрал бойцов в спортзале, провел с ними разминку, затем материализовал секиру со слабой стихией огня. Стоило Черепанову-младшему лишь на секунду вспомнить, что Чернов жив и даже смог каким-то чудом втянуть в это старшего брата, да еще и так, что тот убил Щеглова, как некоторое раздражение тут же напомнило о себе.
Секира вспыхнула пламенем чуть ярче — но это нисколько не обрадовало Петра Альбертовича, ведь он уже давно не обманывался. А потому без особой надежды замахнулся и ударил огненными серпами — получилось откровенно плохо, чего он и ожидал.
Поэтому он, чтобы не терять время зря, направился к артефакту — странной замысловатой штуковине, что напоминала шкатулку, детскую головоломку и маленький сейф одновременно, и взял ее в руки. После Петр Альбертович сделал все по инструкции и тут же почувствовал невероятный прилив сил. Будь перед ним зеркало, он бы несомненно увидел огненный блеск своих глаз, во всяком случае так он сам думал.
И не ошибался, на самом деле. Вот только этот блеск не сулил мужчине ничего хорошего, ведь он не был истинным одаренным, что способен создавать огненные заклинания, без посохов, кристаллов маны и прочих «костылей».