Мы поднялись на крыльцо, где и оставили наше сопровождение. Уже в самом здании нас встретил служащий в форме и вежливо попросил следовать за ним. Он привел нас к двери и любезно ее открыл.
В кабинете уже находились хмурые и суровые мужчины из Имперского Сыска, служащие в жандармерии и Ирина Николаевна. Кроме них за столом сидели оба Черепанова — старший и младший, а рядом с ними — виконт Олег Владимирович Казанцев. Ох и недобро же на нас смотрела эта троица.
Я никак не стал проявлять своего к ним отношения. Лишь между делом скользнул взглядом по брату. В его коварном взгляде отчетливо читалось злорадство, впрочем, он все-таки человек культурный, а потому пытался его скрыть.
Поздоровавшись со всеми присутствующими, мы с Геной тоже уселись за большой стол. Старший брат наклонился ко мне и прошептал на ухо:
— Живой пример того, что нужно обращаться к столичным целителям. Они хоть что-то смыслят в пластической хирургии.
И с этим сложно было спорить. Черепанов-младший вовсе не выглядел так, будто недавно пережил сильнейший ожог и восстановление после него, вот только теперь он сам на себя не был похож. Ему будто пытались восстановить не собственное лицо, а воссоздали лицо какого-нибудь парня с обложки глянцевого журнала. Получилось так себе.
Позже пришел тот самый пасмурный мужчина со своим помощником, их я недавно видел в кабинете Ирины Николаевны. Разве что в этот раз мужчина снял шляпу, сел за стол и назвал свое имя — Афанасий Сергеевич. Лишь после того как, мужчина сверился с документами, он нехотя объявил о начале очной ставки.
Сперва слово дали нам, а потому мы с Геной быстро выложили все, с чем сюда и пришли. Мы рассказали про долги Казанцева, что он заимел в подпольных казино. Гена с довольной ухмылкой намекнул, что одно из них по непроверенным источникам принадлежало Черепанову-младшему.
— Ложь! Наглое вранье! — тут же воскликнул Петр Альбертович, на что его отец недовольно поморщился и закатил глаза. Должно быть снова осознал, насколько глуп его сын.
А Гена в это время едва сдержал смешок. Еще бы, вроде бы взрослые мудрые люди, а такое выкидывают. Впрочем, нам даже лучше, а отвечать на неправомерный выпад я не стал.
— Нет, Петр Альбертович, вам слова не давали! — грубо проговорил Афанасий Сергеевич. — Прошу не нарушать ход очной ставки.
Казанцев все это видел и, надо полагать, тоже хотел оспорить наши слова, а потому поднял руку. Однако Афанасий Сергеевич не дал слова и ему. Он сказал, что сперва мы должны закончить с представлением своей доказательной базы.
— Больше уважаемого Олега Владимировича уличить не в чем. Поэтому перейдем к роду Черепановых, — начал я и хищно глянул на отца с сыном, что тоже недовольно хмурились. — Альберт Альбертович, как мы выяснили, занимается нелегальной продажей артефактов из Подземелья. Кроме того, у него есть или, правильнее сказать, была до последнего времени, тайная лаборатория, где он экспериментировал на монстрах из Подземелья. Сотрудники комплекса испытывали на монстрах магические сыворотки и алхимические зелья. У них, к нашему удивлению, даже что-то получилось.
И после этих слов наступила гробовая тишина. Я смотрел на Альберта Альбертовича и прекрасно понимал, какого труда ему стоит сдержаться и ничего не сказать, чтобы не нарушать регламент заседания. Тем не менее, он справился, разве что вены на его висках пульсировали еще сильнее. А Черепанов-младший был так обескуражен, будто и правда не знал о существовании лаборатории.
— На этом мы еще не заканчиваем представление новых доказательств, — взял слово Гена. — Однако я вынужден еще раз упомянуть о нападении Щеглова на поместье моего брата — Романа Ивановича. Я очень настаиваю, что видеозаписям с камер и допросу гвардейцев со слугами нужно уделить больше внимания.
— Благодарю, Геннадий Иванович, — проворчал Афанасий Сергеевич. — Но вы ошибочно полагаете, будто мы оставили бы это без внимания.
— Итак, я продолжу? — спросил я.
— Разумеется, — кивнул служащий в Имперском Сыске и жестом велел помощнику все фиксировать.
Я кратко рассказал о том, что Гильдия Искателей провела свое расследование и у нас есть все доказательства того, что нападение на зимнем этаже — это не выдумка. Афанасий Сергеевич молча посмотрел на Ирину Николаевну и она уверенно кивнула.
— Это все Щеглов! — выпалил Казанцев.
Гена едва не засмеялся в голос, а оба Черепановых переглянулись между собой и тяжело вздохнули.
— То есть, вы все это время были в курсе, но ни о чем не сообщили? — Афанасий Сергеевич пристально посмотрел на Казанцева.