Разработка стимуляторов, удачные эксперименты — все это в перспективе настолько опасно, что мне ничего не оставалось, кроме как позвонить в столицу и сообщить отцу о нашем с Геной открытии.
— Роман, ты понимаешь, насколько это серьезное обвинение? — с искренним интересом спросил отец. — Я не могу тратить свои ресурсы и время, если у вас нет веских доказательств.
— Прекрасно понимаю, именно поэтому я позвонил тебе, — ответил я, намекая, что еще ни разу не просил помощи.
— Хорошо, я могу потянуть за некоторые ниточки… — таинственно проговорил отец и продолжил: — Позже к вам приедет человек, ты сразу его узнаешь. Можешь полностью довериться ему и передать сведения, он поможет.
Я поблагодарил отца за помощь и мы… К моему удивлению, нет, не попрощались, в кои-то веки отец намекнул, что, возможно, я не настолько уж и бездарный наследник.
В то же время в эту редчайшую похвалу он ловко швырнул «ложку дегтя» — уточнил, что мои конфликты с благородными Железнограда неприятно экономически ударили по всему роду Черновых, а потому нужно поскорее заканчивать. Я заверил его, что и так делаю все возможное, а после мы попрощались.
Казалось бы, что с такой обвинительной базой мы бы просто разнесли Черепанова-старшего. И это, действительно, так, однако же этого мало. Именно поэтому мне нужно было заручиться помощью кого-то более влиятельного, собственно, таким человеком и стал тот, кого к нам направил отец.
А все дело в экспериментах над людьми, которые могут привести к куда более серьезным последствиям, чем эксперименты на монстрах. Особенно, если информация попадет в недружественные страны для Империи и те посмеют использовать колоссальную силу против нас.
Разумеется, оба направления экспериментов строго запрещены в Российской Империи, однако к экспериментам над людьми, так уж исторически сложилось, всегда было особенно негативное отношение и пристальное внимание.
Именно поэтому, узнав о них, мы получили куда большую возможность, чем просто надавить на Черепанова и заставить его признать поражение с последующими выплатами и всем остальным, что обычно делали по завершении подобных конфликтов.
Человек, направленный отцом, еще не успел приехать в Железноград, зато Черепанов уже снова позвонил и угрожал расправой.
— И что же ты сделаешь, направишь наемников? — с издевкой в голосе спросил я, нравилось мне бесить этого психованного Альберта Альбертовича.
— Нет, хуже! — громко ответил он.
— Подкупишь чиновников? — спросил я, однако уже прекрасно знал ответ, благодаря отличной работе Тени и его шпионского крыла.
— Щенок! Да ты смеешь меня в таком обвинять⁈ — он едва не завизжал, а его лицо, готов спорить, едва ли отличалось от помидора.
— Попал, — ответил я и усмехнулся. Дальнейший разговор все равно не имел никакого смысла.
После разговора с Черепановым я пошел в сад. Брат, как и я, еще утром узнал важную информацию от Тени, а потому решил действовать если не на опережение, то хотя бы в противовес. Кто бы что ни говорил, но связи у моего брата нисколько не хуже, чем у Черепанова, а возможно, и лучше — все-таки он из столицы.
— Черепанов-старший звонил, — сказал я.
— И что он?
— Только я заговорил про чиновников, как он заорал во всю глотку.
— Отлично, — кивнул Геннадий и включил планшет, — значит, не зря я напряг своих знакомых… — брат дождался, пока запустится его любимая игра, что-то нажал, а потом уточнил: — Скоро в Железнограде опустеют многие чинушичьи кабинеты.
Вечером я включил новостной канал. Действительно, брат нисколько не преувеличил свой вклад в противостояние с Черпановым. Имперский Сыск и специальные службы устроили в городе настоящую зачистку. На экране показывали видеозаписи, как люди в черной форме вламывались в кабинеты и кидали толстяков лицами в пол. Этого зрелища мне было достаточно, а потому я выключил телевизор: не люблю смотреть новости, хоть иногда и приходится.
А Черепанов-старший тем временем не успокаивался. Он приказал тем купцам, на кого еще мог повлиять, прекратить поставки материалов в кузнечный цех. Узнал я об этом очень быстро, благодаря Чернобороду. Он в тот день «рвал и метал», а еще реально рвал и метал — испортил одну некачественную заготовку голыми руками.
Благо есть у меня один друг, связи которого сильно отличались от связей Гены и больше охватывали экономику с бизнесом, чем прочие сферы. В общем, я переговорил с Ильей и быстро нашел себе новых поставщиков материалов из других городов. Все они были рады заключить со мной контракты и даже предоставили более выгодные условия, уже не говорю о более широкой линейке материалов. И пока Черепанов думал, что причинил мне существенные проблемы, я получал поставки от других людей и мой кузнечный цех ни в чем не нуждался.