Не знаю, что бы все это значило, у меня не было времени спускаться в рейды и проводить там дни, а то и целые недели. Зато Искатели с учеными продолжали заниматься делом. Уж если кому и суждено узнать природу странного излучения, так это им, а точно не мне.
Я тратил все силы на улучшение производственной цепи. Все так удачно складывалось, что я успевал выковать несколько более уникальных мечей, чем обычно — с рунами и прочими особенностями. А торопился я к очередному аукциону.
После недавних событий я имел куда большую значимость в среде аристократов. Да и как кузнец уже успел прославиться, по крайней мере, в Железнограде и нескольких ближайших городах. Именно поэтому, после долгого перерыва, я готовил особенно уникальные слоты на аукцион. Мне хотелось вернуться так, чтобы об этом говорили все, а кроме того я все еще не знаком с таким понятием, как лишнее деньги.
Несколько месяцев спустя мне исполнилось восемнадцать лет. Семья Гранкиных в полном составе поздравила меня, причем подарили вовсе не безделушки, а кое-что полезное — стильные часы (которые могли работать и в Подземелье), деловой костюм, редкие кусты и цветы в сад, небольшую скульптуру — дополнение к фонтану.
Кузнечный цех во главе с Чернобородом тоже поздравил, они за каким-то чертом выковали железный торт. Единственная его скажем так фишка — ячейки для бенгальских огней и мощных хлопушек, ведь торт, по сути, многоразовый.
Юра и Даша сделали совместный подарок, как для семиклашек — достойно. Кристина позвонила и мы с ней приятно пообщались, она сказала, что все еще не забыла про то подземелье в Городе Теней, вот только не знала, когда снова окажется в Железнограде.
Илья, Матвей, Гора, Максим, Никита, Блондинки — Света с Настей и даже Ира — все поздравили меня и что-то подарили, вот только отмечать день рождения мне было банально некогда.
Кстати, про Виктора, его жена Надя уверенно шла на поправку. И чем больше Гора добывал для нее «Бабочек», тем лучше она себя чувствовала, однако пока не вышла из комы. Сам же здоровяк сильно изменился. Стал более общительным и дружелюбным, а еще, оказалось, что он вполне себе компанейский человек и даже ожило его чувство юмора.
Однако, как это часто бывает, у меня все шло не так хорошо, как хотелось бы. В поместье прибыл доверенный агент из столицы — майор Имперской Контрразведки по имени Владислав Дмитриевич Грубин.
Невысокий, но крепкий, мужчина, с темными глазами и умело причесанными волосами на бок, отличался он еще и тем, что всегда был идеально гладко выбрит.
Про его послужной список мне было известно не так много. Но кое-что я знал точно. Во-первых, он хладнокровный профессионал, во-вторых, молчаливый и вдумчивый. А больше он ничего такого и не делал, чтобы мне удалось составить более полную картину.
Владислав Дмитриевич связан с моим отцом, а еще был в курсе дела. То есть, он лучше меня понимал всю опасность экспериментов, что проводил Черепанов-старший в своей лаборатории. Речь в первую очередь про экспериментальные стимуляторы для людей, эксперименты на монстрах его не так волновали.
В тот день Грубин позвонил мне заранее и предупредил о визите. Он приехал в поместье под покровом ночи в совершенно неприметной одежде, а еще, надо полагать, в целях конспирации притащил какую-то большую посылку в картонной коробке. Ее он поставил на крыльцо, а сам вошел в поместье, постоянно поправляя на голове неудобную синюю кепку с заметным белым лого.
— Вы подготовили документы? Я спешу, — быстро проговорил он холодным тоном, совершенно не отвлекаясь на посторонние вещи. Слуг он и вовсе игнорировал, словно те были мебелью.
— Конечно, — я взял папку со стола и протянул агенту.
И это не просто папка, каких у нас целый мешок. Именно в этой хранились все самые важные записи: описание экспериментов над людьми, а еще списки пропавших Искателей и наемников, которых использовали, как подопытных крыс.
— Это выйдет за рамки Железнограда. Готовьтесь к вниманию свыше, — Владислав Дмитриевич взял папку молча, без лишних движений развернулся и направился к выходу.
— Елена, узнай, что в коробке, — попросил я девушку, когда агент уже удалился.
Слуга принесла ее и поставила на барную стойку. Какое-то время девушка возилась с ножницами и скотчем, но в итоге смогла ее открыть и позвала меня.