— Я не просто помогаю, — гордо проговорил Матвей, — я возглавляю альянс, который обеспечивает полную безопасность для ученых и комфорт, чтобы ничего не отвлекало их от работы.
— И что вы для этого делаете?
— У нас сильные Искатели… нет, не так, — нахмурился Матвей и посмотрел на красотку: — Перезапишем.
— Конечно, — улыбнулась она и дала отмашку оператору, что значило: снимай, блин, дальше или кину в тебя микрофон.
— Мы возвели лагерь, в который монстрам никогда не пробраться. Он называется Несокрушимый! Может, слышали про Красный Замок, его как-то показывали в новостях, как образец для будущих лагерей! Несокрушимый — еще лучше, его уже утверждают в Гильдии Искателей!
— Отлично, — улыбнулась девушка.
— С какими монстрами вы сталкивались в древних руинах?
Так продолжалось еще долго. Апрелия задавала вопросы, а Матвей на них охотно отвечал, не забывая флиртовать с красоткой. Так или иначе, интервью закончилось и Матвей позвал девушку в ресторан. Немного подумав, она охотно согласилась, особо ни на что не рассчитывая, но Матвей ей так понравился, что девушка полностью пересмотрела свой подход к этой задаче от своего канала.
В итоге по телевизору показали не просто одно из многочисленных неудачных трехминутных интервью Искателей, а настоящий алмаз, ограненный бриллиант. На трехчасовой видеозаписи Апрелия с Матвеем сидели в красивой студии с правильно выставленным светом и разговаривали на самые животрепещущие темы, которые больше всего интересовали зрителей. Их снимали три профессиональных оператора на лучшее оборудование.
От первого интервью осталось всего несколько кадров, зато именно эта встреча сделала Апрелию одной из самых известных журналисток в этот момент, а Матвей уже не мог пройти по улице, чтобы у него не попросили автограф или сфотографироваться.
Интервью посмотрели миллионы телезрителей, а в интернете, на новоиспеченном сайте Апрелии Ониловой оно набрало больше двадцати миллионов просмотров. Ведь прежде никто и никогда не раскрывал Искателя так хорошо.
Всего через неделю Апрелия погасила огромный кредит, который она брала специально, чтобы оплатить все расходы, связанные с записью интервью. Она очень рисковала, когда брала его, ведь с зарплатой репортера непопулярного регионального канала девушке пришлось бы выплачивать его лет десять. Зато теперь она стала независимой журналисткой со своей командой, а кроме того решила проблемы всей своей большой семьи. Что до Матвея — они теперь виделись часто, только без камер, ибо такое если и снимают, то только для личного пользования.
Однако самая настоящая слава свалилась на местное отделение Гильдии Искателей. Федор Михайлович Железняков — глава местного отделения вечно давал интервью, принимал участие в конференциях, летал в столицу и даже спускался на этажи с древними руинами.
Любовь к нему со стороны телевизионщиков ясна, как прозрачный ручей. Во-первых, он — глава отделения, а во-вторых, весьма колоритный и невероятно сильный Искатель. Суровый крепкий мужчина лет пятидесяти пяти, с темной классической прической и бакенбардами.
Еще из отличительных черт — горбинка на носу, огромная нижняя челюсть и идеальная улыбка, а кроме того он обладал просто пронизывающим взглядом и умел говорить не хуже, чем древние ораторы. Словом, не зря Железняков занимал должность главы местного отделения. И в бою я его тоже видел: он орудовал двумя духовными секирами (что само по себе было довольно большой редкостью), ну просто, как бог войны и гроза монстров.
Больше известности, чем Федор Михайлович, получил только еще один пожилой мужчина. Его поприще — это не Подземелье, а наука и в ней он был хорош. Да, я про профессора Филиппа Архиповича Саганова. Думаю, столько грандов, как он, не получал ни один другой ученый. Уже не говорю про то, сколько раз Саганов дал интервью, сколько раз слетал в столицу и появлялся на федеральных каналах… В общем, из-за того, что он был видным деятелем науки к его словам прислушивались, а не подняли на смех.
Тем или иным путем все это привело к тому, к чему и должно было привести — в политических кругах начались споры. Одни считали, что нужно срочно закрывать все Подземелья, другие говорили — все не так однозначно, нужно продолжать исследование и вообще собрать интернациональную группу из ученых и Искателей, чтобы те приступили к более серьезному изучению этого вопроса. Да, разговоров было много…
Однако одни из самых наименее опасных и прибыльных Подземелий начали закрывать. По всей стране развернули это программу по зачистке. Более того, Подземелья не просто закрывали, сломя голову, а делали это с умом. Там, где закрывали Подземелье, обязательно проводили исследования — пытались понять, как закрытие одних Подземелий повлияет на ближайшие незакрытые и прочие подобные опыты. А то из-за спешки можно натворить дел, которые потом расхлебывать придется всем миром.