Увы, с каждым шагом, с каждым поворотом я понимала, что это точно не Земля. Все вокруг было иным, начиная со странного велосипеда и заканчивая густым смогом и полным отсутствием зелени.
Я брела довольно долго, постоянно оглядываясь. Не хотелось бы снова попасть в лапы хоть красавчика, хоть тех в черных сапогах. И сейчас я понимаю, что не случись маленького чуда, я просто бы погибла от голода и холода. На мое счастье я увидела сгорбленную старушку, которая несла две огромные сумки. И в какой-то момент не выдержала и просто упала под их тяжестью на колени. К тому времени весь хмель, который был во мне с Наташкиного злополучного дня рождения, уже выветрился.
Я прониклась жалостью к бедняжке и помогла ей сначала подняться, а затеем дотащила груз до жилья. За это она оставила меня у себя.
И в этот же день я узнала одну удивительную способность, которым наградило меня мироздание: я запоминала слова сразу, как только узнавала их перевод. Через три дня я уже сносно могла разговаривать на местном наречии. На четвертый день узнала, что велосипед – это вела из другого мира. А на пятый старуха отправила меня искать работу.
Как вы понимаете, моя юридическая академия в чужом мире была совершенно бесполезным вузом. Законодательство матушки России коренным образом отличалось от законодательства Клондайка. Если моральные принципы имели некоторые точки соприкосновения, то законы не имели даже ни одного общего номера. Поэтому меня взял лишь вел Винк, и то на должность посудомойки. Хотя спасибо ему, помог мне выправить документы, и я числилась временной гражданкой и имела вид на жительство. Не так много, но хоть что-то.
Бабку мою примерно через неделю забрал к себе приемный сын, которые потерял ее десять лет назад и только сейчас нашел. Я очень была за нее рада и свято поверила, что меня тоже обязательно кто-нибудь найдет. И действительно нашел: хозяин квартиры, которому старуха задолжала за два месяца. И если я не принесу в конце недели положенную сумму, то меня просто вышвырнут на улицу.
Что еще было очень удивительным, кузнечик, который спрятался у меня под воротником, исчез. Сколько я его искала, так и не нашла. И решила, что попрыгунчик благополучно от меня сбежал. А ведь показался почти разумным! А может, это, наоборот, признак интеллекта? У меня даже вкусных мух не было! Кузнечики, кстати – хищники.
Однако через три дня я увидела, что на боковой поверхности шеи вдруг появилась крохотная татуировка в виде зеленого проказника. Не могу сейчас назвать причину, только я старалась ее никому не показывать, пряча за волосами.
– Вел Петрек, – из воспоминаний меня вырвал голос блондина. – Вы выполнили мое условие. Я выполню свою часть, слово дворянина. Но позвольте проводить девушку до работы и переговорить с ее начальником. Необходимо проконтролировать, что он беспрекословно исполняет ваше распоряжение.
Похоже, именно последнее предложение сыграло решающую роль. Начальник участка снял очки, устало потер глаза и обреченно пожал плечами:
– Кто я такой, чтобы перечить вильсу Сомсу. Вы, конечно, хорошо отмутузили моих работников. Но обманывать не обманывали никогда. Идите! – он с той же усталой ленцой махнул рукой в сторону выхода.
– А это? – блондин вытянул вперед руки, все еще закованные в наручники.
Начальник поморщился, но все ж приказал:
– Вирг, сними с вильса ограничители. Он обещал больше вас не трогать.
В отличие от начальника бедняга Вирг не верил в безгрешность аристократа и подошел к нему очень осторожно, все время оглядываясь. Однако тот, кого назвали Сомсом, не проявил никакой активности. Все также молча стоял с вытянутыми вперед руками.
Рядовой жандарм аккуратно вставил в замочную скважину специальный ключ и повернул его на три оборота. Наручники тут же раскрылись со звуком незатейливой мелодии.
– Точно, магические! – я об этой музыке слышала, но вживую не видела ни разу. А узник недовольно поморщился, потер запястья, которые, по всей видимости, успели затечь, откинул челку привычным взмахом головы и, уже обращаясь ко мне, добавил:
– Пошли, Вишенка, доставлю тебя на работу в лучшем виде и в лучшее время!
Все же появиться с аристократом под руку было лучшим вариантом. Что подумает Винк, я даже предположить боялась. Но зарплату точно не урежет.