(На Волге дела пошли лучше — об этом информировал Ставку Микоян. Только за лето 1943 года по реке прошло 8 тысяч судов, доставивших Красной Армии и военному флоту более 7 миллионов тонн нефтепродуктов. Адмирал Кузнецов еще дважды летал на Волгу, а в августе отчитался в Ставке за свою работу. Верховный Главнокомандующий похвалил моряков. «В победе под Курском есть и их вклад, — сказал он. — Но темпы перевозок горючего не снижать!..» — А.З.)
Адмирала Кузнецова неожиданно посетил глава британской военно-морской миссии в Москве контр-адмирал Майлс.
— Садитесь, господин Майлс. — Кузнецов кивнул на кресло. — Что, есть вопросы по конвоям?
— У меня для вас сюрприз. — Майлс сунул руку в карман кителя, достал сигареты и закурил. — Позвольте сообщить вам приятную новость. На днях американские истребители в районе острова Бугенвиль сбили японский самолет. И знаете, кто в нем находился? Морской пират номер один адмирал Ямамото, главком японского флота. Это он лично организовал бандитское нападение в декабре сорок первого на Перл-Харбор, где погибло немало американских кораблей. Японцы потопили три линкора…
— Не три, а четыре, господин Майлс, — поправил Кузнецов гостя.
— Верно, четыре, а еще четыре сильно повредили, — согласился Майлс. — Погибло более трех тысяч американских моряков. Но и это еще не все, — продолжал гость. — Преемник адмирала Ямамото адмирал Ямагуси тоже погиб вместе с авианосцем «Хирю» у атолла{Атолл — коралловый остров кольцеобразной формы, который заключает внутри мелководную лагуну, обычно соединяющуюся узким каналом с открытым морем.} Мидуэй. Он мог бы перейти на другой корабль, но отказался. Привязал себя к мостику тонущего авианосца.
— Самурайская традиция, — усмехнулся Кузнецов. — Но вряд ли это поможет японскому флоту.
— Бесспорно, сэр! — воскликнул Майлс. — Теперь японским флотом командует адмирал Кога, но и он потерпит фиаско от американцев. — И без всякого перехода добавил: — Я уезжаю, сэр. Совсем уезжаю в Англию. Там получу новую должность. В Москву приедет другой адмирал. — После паузы гость грустно продолжил: — Мы дружно и честно с вами работали, сэр Кузнецов, и я благодарен вам за все доброе.
— Я тоже благодарю вас. Желаю вам на новом месте успехов в службе. — Николай Герасимович крепко пожал Майлсу руку.
Война катилась все дальше на запад. Хлопот у наркома ВМФ прибавилось. После разгрома гитлеровских войск в районе Курска и выхода наших войск к Днепру встал вопрос о формировании Днепровской военной флотилии. Кого назначить ее командующим? Выбор пал на начальника штаба Волжской флотилии капитана 1-го ранга Григорьева, а на его место Пантелеев рекомендовал комбрига капитана 1-го ранга Сергеева. Об этом командующий доложил Кузнецову по ВЧ.
— У Сергеева есть опыт работы в Главном морском штабе, долгое время он был там рядом с вами, товарищ нарком. На флотилии его бригада лучшая. Так как?
— Добро, — глухо отозвались в трубке. — Шлите представление в наркомат…
(Уже после войны, в 1952 году, напутствуя контр-адмирала Сергеева, назначенного командующим Беломорской военной флотилией, Кузнецов сказал: «Имейте в виду, Николай Дмитриевич, там, куда вы идете, намечено большое дело. Очень большое дело, — повторил нарком. — Это будет революцией в Военно-морском флоте. — И, увидев, как насторожился Сергеев, Николай Герасимович раскрыл свои карты: — Мы начали строительство первой атомной подводной лодки. Так что и с вас будет за что спрашивать. Но разговор пока между нами. Вице-адмиралу Сурабекову, у которого будете принимать дела, — ни слова! Я сам переговорю с ним». — А.З.)
Генерал армии Антонов, первый заместитель начальника Генштаба, казалось, был не в духе. Адмирал Кузнецов, которого он знал как исполнительного наркома, неделю провел на Волге, куда его посылал Верховный, вернулся, а информацию в Генштаб все еще не представил. Пришлось его вызвать.
— Вы что же меня подводите, Николай Герасимович? — спросил Антонов, едва Кузнецов вошел к нему. — С Волги вернулись, а в Генштаб ничего не представили?
— Алексей Иннокентьевич, еще вчера был у Верховного и все ему по Волге выложил.
— Ну и что? — усмехнулся Антонов, смягчившись. — Генштаб есть Генштаб, и ему в первую очередь надо давать информацию. Это не я придумал — так потребовал Сталин. Так что прошу нас не игнорировать. — Он взял папку, раскрыл ее. — А теперь поговорим о другом…
Первый заместитель начальника Генштаба сообщил наркому ВМФ о предстоящем наступлении на Северном Кавказе с целью освобождения Новороссийска, не называя пока его сроки. Замысел таков: нанести по городу удар с трех сторон, а когда Новороссийск будет взят, продолжать наступление на Верхнебаканский и Анапу. Для этого создаются две сухопутные группы войск: восточная, которая станет наступать со стороны Туапсинского шоссе, и южная — ее войска нанесут удар с Мысхако. А группа десантных войск будет штурмовать Новороссийск с моря. Антонов откинулся на спинку кресла, зевнул.