— Несомненно! — Нарком взглянул на карту. — Еще удар — и Карельский перешеек свободен!.. Да, а Головко не звонил?
— Нет, хотя донесения шлет регулярно. Недавно там отличились катерники: разгромили вражеский конвой в Варангер-фьорде.
В кабинет вошел адмирал Галлер.
— Не помешал, Николай Герасимович? Я на минуту… Получен ответ на ваше обращение в ГКО по вопросу строительства гидросамолетов. — Галлер положил на стол документ. — Я вам его оставлю, а сам побегу на переговоры с начальником штаба Северного флота. Не возражаете?
— Ладно, беги, потом зайдешь ко мне…
Николай Герасимович прочел документ и остался доволен: принято положительное решение. Совсем недавно он убеждал Сталина в том, что война подтвердила необходимость иметь на морских театрах летающие лодки. И надо сказать, Председатель ГКО внимательно выслушал его.
— Что они могут делать? — спросил он. — Если только бомбить, то у нас есть для этого самолеты.
— Многое могут, — веско ответил нарком и начал перечислять: — Вести разведку, поиск, наблюдение за кораблями и конвоями судов противника на удаленных морских коммуникациях, сопровождать свои конвои и охранять их от подводных лодок. Летающие лодки, проще говоря, гидросамолеты, — отметил далее Кузнецов, — имеют неоспоримое преимущество перед сухопутными самолетами: они могут садиться на воду, у них к тому же большая дальность полета. Правда, скорость мала, что позволяет этому самолету тщательно просматривать водную поверхность при атаке подводных лодок.
— Пожалуй, вы убедили меня. — Сталин кашлянул и, как показалось Николаю Герасимовичу, холодно спросил: — Где будем их строить? Не в Москве же…
Кузнецов сдержанно пояснил: есть возможность восстановить завод Наркомата авиационной промышленности в Таганроге как базу морского самолетостроения.
— Я говорил с секретарем Красноярского крайкома ВКП(б) Аристовым, может ли он помочь перебазировать в Таганрог завод номер четыреста семьдесят семь. Он ответил, что поможет, если вы примете такое решение. Флот, товарищ Сталин, очень нуждается в гидросамолетах. А если учесть, что борьба с подводными лодками обострилась, летающие лодки могли бы сыграть в этом деле важную роль.
— Ну что ж, подготовьте документ в ГКО, — сказал Сталин. — Думаю, что члены Государственного Комитета Обороны поддержат вашу просьбу…
Адмирал флота Кузнецов стал все чаще заходить в Генштаб. Вчера, когда зашла речь о Балтийском флоте, генерал армии Антонов спросил:
— А что, Николай Герасимович, в Балтийское море вышла первая группа подводных лодок? Мне звонил адмирал Трибуц.
«Опять Трибуц вышел на Генштаб, минуя меня», — подумал Кузнецов, но Антонову ответил спокойно:
— Мне комфлот еще не докладывал. Но о том, что лодки готовятся к выходу в море, я знаю.
— Утром я был на докладе у Верховного, — продолжал Антонов, — и он заметил, что Балтийскому флоту надлежит мощными ударами уничтожать вражеские конвои. И я бы не хотел, чтобы на флоте были срывы. Обстановка с минами все еще остается сложной?
Кузнецов сказал, что корабли тралят фарватеры и другие районы, опасные для действий нашего флота. У Трибуца на этот счет достаточное количество тралов.
Антонов резюмировал: в ближайшее время удары Красной Армии в районе Прибалтики еще более возрастут; 24 июля возобновит наступление Ленинградский фронт; совместно с Третьим Прибалтийским фронтом он нанесет удары на территории Эстонии. Так что морякам-балтийцам придется нелегко, и пока есть время, важно все взвесить, все рассчитать. Слушая Антонова, Кузнецов мог бы с ним поспорить по тем вопросам, где дело касалось флота, но счел нужным пренебречь этим — не мелочи решают проблемы. Пока ничего серьезного первый заместитель начальника Генштаба в адрес флотских военачальников не высказал.
— Несомненно, у адмирала Трибуца есть свои проблемы, но он не из тех, кто отчаивается, — ответил Николай Герасимович. — И все же я поговорю с ним, Алексей Иннокентьевич. Что меня сейчас волнует? — Он пристально посмотрел на Антонова. — Ледоколы! Пора выводить их из Арктики. Верховный только вчера о них спрашивал.
— Головко в этом деле тертый калач, знает, что и когда выводить, — усмехнулся Антонов.
— Да, но по последним разведданным немцы бросили в Арктику немало подводных лодок, и, естественно, это меня волнует. Полечу завтра на Беломорскую военную флотилию и вместе с ее командующим адмиралом Пантелеевым все обговорю в деталях.