— Мой коллега Джордж Кэтлетт Маршалл хочет поговорить с вами о японском военном флоте, вы не возражаете?
— А что его интересует?
Маршалл заговорил, а Леги перевел:
— Как по-вашему, господин Кузнецов, сможет ли американский флот взять верх над японским флотом в предстоящих сражениях?
Николай Герасимович ответил, что когда в сорок первом японцы внезапно напали на Перл-Харбор, американцы понесли большие потери в корабельном составе. С тех пор прошло немало времени, американцы получили новые корабли от своей промышленности, укрепили свой военный флот и теперь вправе рассчитывать на победу.
— Японцы уже немало потеряли на море, — отметил Кузнецов. — Но как дальше будут развиваться события, трудно предсказать. Извините, господин Маршалл, но, на мой взгляд, американцы на море действуют медленно и не всегда эффективно.
Маршалл чему-то усмехнулся и задал новый вопрос:
— Если русские вступят в войну с Японией, не окажет ли вам упорное сопротивление на море японский флот?
— Не окажет, господин Маршалл, — твердо ответил Николай Герасимович. — У нас достаточно силен Тихоокеанский флот. К тому же США обещают предоставить нам свои корабли, это еще более укрепит наш флот на Тихом океане.
— А вы лично будете руководить боевыми действиями флота, когда СССР начнет войну против Японии?
— У нас есть Верховный главнокомандующий Генералиссимус Советского Союза товарищ Сталин, ему и решать этот вопрос, — пояснил Кузнецов. — Хочу, однако, подчеркнуть, что командующий Тихоокеанским флотом мой коллега адмирал Юмашев весьма энергичный и хорошо подготовленный морской военачальник.
— И еще один вопрос. — Генерал армии на секунду задумался. — Кто будет руководить операцией по разгрому Квантунской армии, наверное, маршал Жуков? — Лицо Маршалла посуровело, он так и впился глазами в Кузнецова. А вот на лице Леги сияла улыбка.
— Этот вопрос не в моей компетенции, господа, — усмехнулся Николай Герасимович. — Да и рано пока об этом говорить…
— Я благодарю вас, господин Кузнецов, за столь честный и прямой ответ. — В глазах Маршалла вспыхнула улыбка.
Адмирал флота Леги добавил:
— Когда шла война, я следил за тем, как сражались с врагом советские военные моряки, особенно при обороне Севастополя. Их мужество и подвиги впечатляют. А красный флаг на Сапун-горе, где шли особенно тяжелые бои при освобождении города, подняла девушка-морячка. Это правда?
— Правда, господин Леги, — подтвердил Кузнецов. — У нас на флоте было немало девушек, и они сражались наравне с мужчинами. Одна из них снайпер Людмила Павличенко обороняла Одессу и Севастополь, из своей снайперской винтовки уничтожила триста девять фашистских солдат и офицеров! Она — Герой Советского Союза.
— Если у вас будет время, — сказал Кинг, — я приглашаю вас на чашку чаю. Приходите вечером, и мы чудесно проведем время. Я покажу вам фотокарточки моей семьи. Я ее очень люблю! — И он по-детски наивно улыбнулся.
— Благодарю за приглашение, господин Кинг, но вряд ли смогу вырваться к вам. Мне сегодня еще надо съездить в Севастополь, решить некоторые вопросы, и вернусь я поздно.
Делегация США разместилась в бывших царских апартаментах в Ливадии, им там очень понравилось, и Кинг, переночевав, утром заявил, что ему под шум морских волн крепко спалось. Его коллега адмирал флота Леги, вернувшись из Крыма, написал книгу «Я присутствовал там», в которой иронизировал над Кингом: тому досталась бывшая спальня императрицы. Черчилль со своими спутниками поселился в Воронцовском дворце. Наша делегация расположилась в бывшем Юсуповском дворце в Кореизе.
Кузнецов в дни Ялтинской конференции постоянно жил в Ялте; там же, в Доме отдыха Черноморского флота, размещалась и работала его группа во главе с начальником Главморштаба адмиралом Кучеровым, сменившим на этом посту адмирала Алафузова. Рука об руку Николай Герасимович работал с генералом армии Антоновым. Из наркомата ВМФ к нему поступали последние сообщения с действующих флотов. Кучеров приносил их главкому, тот обобщал и каждый день до начала совещания к 10 часам приезжал в Кореиз, в Юсуповский дворец, где находился генерал армии Антонов, и докладывал ему обстановку. Тут располагался своего рода филиал Генштаба: готовились предложения по руководству текущими боевыми действиями на фронтах, а также прорабатывались вопросы, которые обсуждались на конференции.