— Я так по тебе соскучилась, — прошептала она.
И вдруг на тумбочке зазвонила «кремлевка». Кузнецов снял трубку и от неожиданности едва не уронил ее на пол: звонил Сталин!
— Вы уже прибыли с Балтики? — спросил он глухо. — Я жду вас…
Николай Герасимович вызвал машину, быстро оделся и вышел.
У Сталина, к его удивлению, был Жданов. Оли пили чай с вином и о чем-то беседовали. Увидев Кузнецова, хозяин добродушно пригласил его к столу.
— Садитесь, молодой нарком, и рассказывайте, как прошли учения. Андрей Александрович остался ими доволен, говорит, подводная лодка атаковала успешно корабль, на котором вы находились. Это, наверное, шутка? Да вы садитесь, наливайте себе чаю, берите бутерброды…
— Спасибо, я дома поужинал, — схитрил Кузнецов. — Ну а докладывать, извините, я привык стоя…
— Ты, Андрей, говорил, что нарком ВМФ орел, а он видишь какой скромный, — усмехнулся Сталин.
Кузнецов покраснел.
Дверь открылась, и в кабинет вошел Молотов.
— Можно, Иосиф?
— Ты уже вошел, чего спрашиваешь? Садись, тебе тоже полезно послушать наркома об учениях на Балтике. Рассказывайте, Николай Герасимович…
Кузнецов, еще когда ехал в Кремль, мысленно наметил те вопросы, которые следовало осветить, и теперь говорил неторопливо и уверенно, голос его звучал твердо, как натянутая тетива. Он назвал эсминцы и подводные лодки, участвовавшие в маневрах, сказал, кто из командиров и как выполнил свои задачи, не преминул подчеркнуть, что на учениях не произошло ни одной аварии или каких-либо поломок кораблей.
— Если же коротко, то я убедился в главном: каждый корабль Балтийского флота способен решать боевые задачи, — резюмировал нарком.
— И все? — удивленно вскинул брови Сталин. — Что, учения прошли без замечаний?
— Да нет же, товарищ Сталин, — смутился Кузнецов. — Замечания были, и на подведении итогов я подробно разобрал действия сил, принимавших участие в учениях. Разведка, к слову, велась слабо, она не была постоянной и непрерывной. Одна из подводных лодок проникла в бухту, атаковала корабль, стоявший у причала, и, никем не замеченная, скрылась. Корабли воюющих сторон, — продолжал он, — маневрировали в общем грамотно, но не всегда подчиняли свой маневр выполнению поставленной задачи, плохо сочетали его с огнем. Что сказать о подводных лодках? — Кузнецов взглянул на вождя. — Позиции они выбрали правильно, но малые квадраты поиска отдельных лодок сковывали инициативу командиров…
— Скажите, вот вы провели трехдневные учения, какие силы, на ваш взгляд, особо проявили себя и смогут ли эти силы доказать свое превосходство на море во время войны? — спросил Сталин.
— Подводные лодки и эсминцы, — сразу ответил нарком. — За подводными лодками большое будущее.
— И я об этом говорил вам, Иосиф Виссарионович, — подал голос Жданов.
— Ты слышал, Вячеслав? — Сталин посмотрел на Молотова. — В строительстве флота нажимай на подводные лодки. Чем их будет больше, тем лучше для флота. Тогда и товарищ Кузнецов не станет нас допекать. — Он закурил трубку, попыхтел ею, потом вновь обратился к наркому ВМФ: — Что вы думаете делать в ближайшее время?
— Я собираюсь провести расширенное заседание Главного военного совета ВМФ. На нем мы обсудим итоги прошедших на флотах учений и наметим задачи на сорок первый год. Пользуясь случаем, хотел бы пригласить вас и товарища Жданова на Совет. Ваши рекомендации и предложения для руководящего состава флота были бы кстати.
— Вот его приглашай, — Сталин кивнул на Молотова. — Он и Жданов курируют флот, им и карты в руки. Я очень буду занят в эти дни.
Адмирал Кузнецов был верен себе и в этот раз: на Главном военном совете ВМФ, состоявшемся 10 декабря 1940 года, он особо подчеркнул мысль: военному флоту быть начеку! «Мобилизационность страны, — сказал он, — приобретает сейчас, особенно для нас, военных, исключительное значение. Слабых бьют — на сегодня реальность, факт! — Никогда еще секретарь ЦК партии Жданов так щедро не расточал похвалы в адрес молодого наркома ВМФ. Едва закончился Совет, он подозвал его к себе и произнес:
— Ваш доклад лег мне на душу, есть в нем умные мысли. Правы вы и в том, что опыт войны надо изучать не ради знания, а для того, чтобы разгадать вероятные средства и методы противника и своевременно найти противоядие против них. Ну а то, что подводные лодки на сегодня остаются боевым оружием в полном смысле слова, факт, безусловно, неоспоримый. Я сейчас иду к товарищу Сталину и кратко изложу ему все проблемы, о которых шла речь на Совете. Кстати, — продолжал Жданов, — когда вы собираетесь побывать на Северном флоте? Адмирал Головко жалуется, что у него там мало кораблей. Посмотрите, чем можно помочь молодому флоту. Северный театр — это же огромные просторы! Ледяное дыхание Арктики.