— Вас понял, товарищ командующий! — Дрозд взял со стола фуражку, готовый идти на причалы.
— И еще, Валентин Петрович, напоминаю: на переходе корабли прикрывать торпедными катерами.
Командир бригады подводных лодок капитан 1-го ранга Египко сказал комфлоту, что завтра все они уже будут на рейде Куйвасту. Как быть, если на лодки налетят самолеты врага? Ведь там слабое зенитное прикрытие, к тому же нет истребительной авиации.
— Может быть, сразу же идти в Таллин? — предложил контр-адмирал Трайнин.
— Потом видно будет, а сейчас делать так, как решено, — сердито произнес Трибуц. — Что касается подводных лодок, то они, видимо, перейдут в Палдиски. А вот для крейсера «Киров» я прикажу углубить дно канала «Слава», который был прорыт еще в Первую мировую войну. Гидрографы доложили мне, что канал можно использовать для проводки кораблей в качестве обходного фарватера и вывести «Киров» из Рижского залива.
В ночь на 30 июня начался переход крейсера «Киров» и эсминцев через Муху-Вяйн по специально углубленному обходному фарватеру, а 1 июля корабли прибыли в Таллин. В этот же день в штабе флота Трибуц думал, где и какие соединения надо разместить для обороны Рижского залива. Он решил держать в Куйвасту-Рохукюла два дивизиона эсминцев, дивизион торпедных катеров, а также охотников и тральщиков, на позициях перед выходом в залив — подводные лодки. Об этом Трибуц доложил наркому ВМФ.
— Всеми силами командует контр-адмирал Трайнин, товарищ нарком, — пояснил Трибуц, зная, что Кузнецов непременно спросит, где, кто и чем командует. — Эсминцами и торпедными катерами — Дрозд, которого вы прекрасно знаете по Испании. В Таллине и Палдиски находятся подводные лодки капитана 1-го ранга Египко, тоже «испанца». Линкор «Октябрьская революция» — в Лужской губе, там же два дивизиона эсминцев и бригада подводных лодок капитана 1-го ранга Орла.
Кузнецов одобрил решение комфлота, однако заметил, что при передислокации кораблей необходимо усилить охрану крейсеров и линкоров, особенно от налетов вражеской авиации.
— Есть. Учту, Николай Герасимович…
Обстановка на суше резко ухудшилась — немцы захватили Ригу, Красная Армия отступала с тяжелыми боями. Доколе же так будет? Кузнецов спрашивал себя об этом, но ответа не находил. Поздно вечером ему позвонил начальник Генштаба маршал Шапошников.
— Адмирал Исаков в Ленинграде? — спросил он. — Вот и хорошо. Решением Ставки он назначен заместителем главкома и членом Военного совета Северо-Западного направления. Так что сообщите Исакову. Возможно, вы хотите знать, кто предложил его кандидатуру? Товарищ Сталин…
«Хорошо, что вождь согласился с моим предложением послать Исакова в Питер», — отметил про себя нарком.
Неожиданно его вызвал Сталин. Он задал Кузнецову несколько вопросов по обстановке на Балтийском флоте, затем взял со стола какой-то листок.
— Я получил послание от Черчилля, — неторопливо заговорил Сталин. — Он обещает оказать нам быструю помощь на Севере. До начала августа англичане проведут боевую операцию: морская авиация нанесет бомбовые удары по немецким судам к северу от Норвегии и Финляндии. Этим они надеются лишить противника возможности перебросить морем войска для нападения на наш арктический фланг. Это что-нибудь даст?
— Одна бомбежка не испугает гитлеровцев. Но сам факт помощи, мне думается, надо приветствовать.
— Это во-первых, — продолжал Сталин. — Во-вторых, англичане посылают несколько крейсеров и эсминцев на Шпицберген, откуда они могут совершать рейды против немецких судов во взаимодействии с кораблями Северного флота. В-третьих, они направляют флотилию подводных лодок для нарушения вражеских коммуникаций у арктического побережья.
— Это стоящее цело, — вставил Кузнецов. — Головко будет рад.
— В-четвертых, Черчилль отдал приказ морскому адмиралтейству послать в Архангельск минный заградитель с различными материалами. — Сталин положил листок на стол. — Я полагаю, что все это окажет некоторую помощь Северному флоту в его борьбе с врагом. Так что берите это дело в свои руки. Переговорите с комфлотом Головко.
— Арсений Григорьевич просит дать ему самолеты, — вздохнул Кузнецов.
— Черчилль в своем послании обещает прислать в Мурманск несколько эскадрилий английских истребителей…
(Позже в своих мемуарах Черчилль, в частности, писал: «С первого же момента я делал все, что мог для оказания помощи вооружением и различными материалами, соглашаясь на отправку в Россию из Соединенных Штатов значительной части того, что предназначалось нам, а также идя на прямые жертвы за счет Англии. В начале сентября на корабле «Аргус» были отправлены в Мурманск примерно две эскадрильи «харрикейнов» для оказания помощи в обороне военно-морской базы и для взаимодействия с русскими силами в этом районе…» — А.З.)