В её глазах читалась злость, раздражение и что-то ещё, что я не мог точно определить. Её дыхание стало тяжёлым и сбивчивым, словно она едва сдерживала эмоции.
— А почему ты надеешься, что я последний мужик?
— Ты еще спрашиваешь? — закричала она. — Ты меня разозлил, и я случайно нажала не туда, из-за чего мы здесь! Это ты виноват! Кретин невоспитанный!
— Ну как я мог тебя разозлить, если даже не знал про тебя?
Хранительница посмотрела на меня с яростью в глазах, если бы она начала дышать огнем, я бы не удивился. А потом, переведя взгляд с её лица ниже, вспомнил, что произошло за секунду до того, как оказался здесь.
В аниме, которое я смотрел, появилась новая героиня. Она приставала к главному герою. К нему, конечно, многие приставали, одна из них была просто огонь: длинные ноги, тонкая талия, томный взгляд и, конечно, главное — огромные буфера. Так вот, этот идиот запал на новую героиню. А она плоскодонка! Перед тем как пропасть, я сказал в экран что-то вроде:
—Бред! Такое не бывает! Все бы выбрали ту красотку! Зачем вообще рисовать плоскодонок? Кому они нужны?
Упс.
***
— Слушай, а прервать выполнение желания нельзя? — спросил я, надеясь на хоть какой-то выход из этой странной ситуации.
— Можно-то можно, да только из-за смены интерфейса я не знаю, как это сделать, — ответила она, раздражённо вздохнув.
Я попросил посмотреть скайер. Она, нехотя, протянула его мне.
Сам скайер оказался обычным кольцом с одной кнопкой. Когда я нажал на неё, передо мной появилось множество голографических экранов. Их было, наверное, штук 16. И на каждом — куча вкладок и информации на каком-то непонятном языке. Я такой никогда не видел — видимо, это не человеческий язык.
А вот и экран с моими мечтами. Ё-маё, кто бы мне сказал — я бы не поверил! 834 штуки! О, нашёл! У каждой мечты есть крестик — надо просто их закрыть. И чего она сама не додумалась?
Я нажал на крестик на одной мечте, и она исчезла! Отлично! Быстро всё закрою, и никаких проблем. Вечно бабы проблемы раздувают из-за ерунды. Вот моя бывшая, например... Ну, как же она орала, когда...
— НЕЕЕЕЕЕЕЕТ, — мои размышления прервал истошный вопль.
Я повернулся к его источнику и вижу, что хранительница прыгает на меня, как гепард на добычу. Выхватив скайер из моих рук, она стала лихорадочно что-то искать, а когда нашла, то её лицо стало таким, будто она прошла все 7 кругов ада снизу вверх, пытаясь выбраться, но не удержалась на верхнем и опять упала вниз. А теперь смотрит на меня так, как будто это я её обратно и скинул.
— Да в чем проблема-то? — спросил я. — Я нашел, как закрыть мечты, значит, мы скоро выберемся! Ты радоваться должна!
— Закрыть говоришь? — ядовито прошипела она. — Ты их добавил!
— Но там же крестик! В правом верхнем краю окна, как всегда!
— Это не крестик! Это знак добавить! Видишь эту панель? Тут все добавленные на исполнение прямо сейчас мечты. Была одна активированная, а теперь 18!
— Я не виноват в том, что у вас интерфейс говно. UI дизайнера смените, он у вас идиот. Какой дурак такое сделает. — пробурчал я, думая, что возможно немного облажался. Самую малость.
— Слушай, — я попробовал сменить тему. — А как тебя зовут?
— Энн. — ответила хранительница.
— Очень приятно, а я Александр.
— Кузнецов, — вкрадчиво прошептала она. — Я знаю про тебя намного больше, чем ты думаешь.
Вдруг Энн ядовито улыбнулась и добавила:
— У меня есть идея. Отличная идея. Пойдем-ка!
Она схватила меня за руку и потащила на улицу. Я решил, что по дороге буду молчать, чтобы не злить её еще больше. Мы шли недолго, около 20 минут, и пришли в очень красивое место.
Огромный обрыв словно гигантская рана на теле земли, глубокая и безмолвная. Отвесные скалы, вздымающиеся к небу, напоминали древние крепостные стены, высеченные самой природой. Их поверхность, испещрённая трещинами и шрамами, переливалась оттенками охры, серого и ржавого красного.
— Как красиво! — восхитился я.
— И очень высоко, — добавила, улыбнувшись Энн. — 2836 метров.
— Энн! Смотри! Те цветы такого же цвета, как и твои глаза!
— Кузнецов, ты слеп. Они совершенно разные.
— И то, и то голубой. Разве нет?
— Цветы лазурные, мои глаза цвета морской волны.
— В чем разница-то?
— Ты правда хочешь знать?