– Это был Алекс?
– Сначала за дело взялся другой врач. Но когда понял, что операция не поможет ребенку, отказался. Уже потом появился Лапин.
– Так он рисковал, зная, что мальчик безнадежен?
По спине побежали мурашки. Как многого я не знала про своего мужа.
– Так-то оно так. Все вроде понятно. Алекс – герой. Но не совсем. Родители хотели подать на него в суд, потому, что он провел операцию слишком рано. Другие врачи уговаривали их немного подождать, чтобы ребенок подрос и набрал вес. Но, Лапин решил, что тянуть время нельзя. Это опасно для мальчика. Он мог задохнуться и умереть. Родители согласились. И вот результат. Пять часов под наркозом, и ребенка нет.
– Алекс, действительно виноват?
– Я пытаюсь это выяснить.
– Но, его уже оправдали. Зачем родители снова подняли это дело?
– Тогда не довели дело до суда. А сейчас они хотят восстановить справедливость. И я предложил им свою помощь.
– Не надо, Майкл. Я не хочу навредить Алексу. Маша не должна достаться мне такой ценой. Это грязная игра. Ты понимаешь? Если мы сейчас не остановимся, то он может оказаться в тюрьме.
– Да ты что! Он выплатит компенсацию. Зачем нам сажать его! Пусть живет со своей подружкой и работает пекарем, как его папенька. Вот так.
Схватившись за голову, я даже потеряла дар речи. Руки трясутся от напряжения.
– Нет. Давай все это закончим. Алекс хороший врач. Не представляю, что с ним будет, если он потеряет работу. Это немыслимо.
– Уже поздно, София. Процесс запущен. Мы не можем, вот так просто кинуть людей, у которых горе. Я сам подтолкнул их на этот шаг.
– Скажи им, что доказательств нет. Что дело дохлое. Неужели нельзя как-то остановить все это?
– Можно.
– Тогда останови!
– Ладно, – спокойно сказал он. – Давай не будем торопиться. Еще раз поговори с мужем, подумай хорошенько и только потом дашь мне окончательный ответ. Я подожду.
– Алекс знает, что ты под него копаешь?
– Пока нет. Я сказал ему, что мы будем судиться. Он посмеялся. С той стороны тоже неплохая защита. Они копают под нас, а мы под них.
– У него есть адвокат?
Бросив, недокуренную сигарету, в пепельницу, Майкл встал с кресла. Подошел ко мне ближе и хмуро спросил:
– Они что-то нарыли про тебя, но пока молчат. Только бросают какие-то намеки, пустышки. Расскажи мне, что у вас на самом деле произошло в день расставания? Какие у них есть доводы, чтобы судиться? Вспомни каждую мелочь, каждую деталь. Уж слишком он уверенно ведет себя. Как-будто ты где согрешила.
– Ничего. – Растерялась я. – Ничего такого не произошло. Мы поссорились, и я ушла. Все.
– Твой Лапин – хитрый мужик. Не ожидал, что ты могла выйти замуж за такого.
– Какого?
– Он умный. Слишком умный и взрослый для тебя.
– Все так считают. – Махнула я рукой. – Но, Алекс любит меня.
– Странно… Что-то тут не так. У них есть какая-то зацепка. Что ты делала все эти годы? С кем жила, с кем дружила?
– Я жила с Сергеем. Он на много старше меня, но между нами ничего нет. Мы живем, как соседи. Еще есть друг. Илья. Он художник. Четыре года назад я дала ему деньги на первую выставку. Он немного заработал и открыл свою школу по рисования. Скорее не школу, а класс.
– А откуда у тебя столько денег?
– Мне оставил из Макс Лапин. Сумма приличная.
– Ты не вернула их родителям?
– Макс сам мне их отдал. Он ничего не говорил про родителей. Я решила, что эти деньги должны принести пользу. Илья очень нуждался в помощи. Вот я и дала ему какую-то часть. Остальные вложила в бизнес Сергея. На тот момент он открывал еще два кафе на трассе.
– Этот парень вернул тебе деньги?
– Нет. Ему не с чего возвращать. Школа приносит небольшой доход. Хотя у него проходят выставки. Но это тоже… Нет. Какие там деньги! Сейчас он ремонтирует старый дом, который остался от его бабашки. Купил недорогую машину. Еще у него скоро родиться ребенок. Это не долг, я дала ему просто так.
– А чем занимаешься ты?
– Домом. Сергей работает, а я ему помогаю.
– Чем?
– Да, всем. Что скажет, то и делаю. Мы вместе ездим на базу за товаром. Я слежу за бухгалтерией. Веду кое-какие журналы.
– То есть ты в курсе его денежных операций? Знаешь все приходы и расходы?
– Конечно. Все проходит через меня.
– Там все чисто?
– Да. Это открытый бизнес. Он много лет им занимается. На Сергея трудно что-то накопать. Он обычный предприниматель. Не миллионер, но работает много и получает не плохо.
– Тогда что? Дело в тебе?
– Во мне?
– У тебя есть любовник? Или может ты принимаешь наркотики?
– Нет! – воскликнула я. – Совсем сума сошел? Какие наркотики? И любовника у меня нет. Разве это имеет отношение к суду? При чем здесь мои любовники?