Потом вышел Илья. За последний месяц он так сильно похудел, что пальцы на руках снова стали прозрачными, как глаза Алекса.
– София много мне помогала, – взволнованно произнес он, но ни разу не заикнулся. Все четко и продуманно. – Она хороший друг, прекрасная мать и любящая женщина.
– И кого же она любит?
– Сергея. Они прекрасная пара. Никогда не ссорятся и всегда нежно относятся к ребенку.
Алекс бросил удивленный взгляд в мою сторону.
– Вы знали, что ваша подруга употребляет спиртные напитки?
– Да, знал.
– Как часто она их употребляет?
– Она не много пьет. Ей становится плохо уже после первой рюмки.
На этом день закончился.
Вечером, в очередной раз, я позвонила Алексу. Он, в очередной раз, не ответил. Тогда я, в очередной раз, написала сообщение.
«Поговори со мной. Пожалуйста».
Снова тишина. Тогда я набрала номер Маши.
– Привет, мам.
– Милая, папа рядом с тобой?
– Да, – неуверенно ответила она. – Он с дедушкой на балконе.
– Дай ему телефон, только не говори, что это я.
– Хорошо.
Прошло две минуты.
– Мам, он занят. Что ты хотела?
– Ничего. Пусть мне позвонит.
– Я передам.
Значит он дома у родителей.
Я взяла ключи от машины и спустилась в гараж. Сергей еще не пришел с работы, а Макса скоро надо забирать из детского сада. Что же делать? До города ехать не один час.
Пришлось взять с собой сына.
– Мам, куда мы едем? – спросил Макс, уткнувшись носом в стекло.
Ничего не ответив, я сильнее надавила на педаль газа.
Через час мы подъехали к дому Лапиных. Макс сразу же побежал на детскую площадку. Ему тяжело так долго сидеть пристегнутым в машине.
Я снова набрала сообщение Алексу.
«Выйди на улицу. Нужно поговорить».
Через пять минут из парадной вышел Сан Саныч. Как обычно в спортивных штанах и тонкой куртке. Его большой живот не дает застегнуть молнию до конца.
– Девочка моя! – обняв меня, воскликнул он. – Езжай домой. Не стоит разговаривать на улице. Тем более уже холодно, и начинается дождь.
– Почему Алекс не вышел? – спросила я, еле сдержав слезы. – Он так и будет прятаться от меня?
– Не знаю. Он упрямый.
– Я хочу с ним поговорить.
Взглянув на меня как-то странно, он улыбнулся.
– Не стоит. Он слишком сильно обиделся на тебя. Лучше не зли его еще больше.
– Ты снова поддерживаешь его?
– Нет. Тут я считаю, что Алекс перегнул палку.
– Тогда поговори с ним, пап. Пожалуйста. Я не буду больше пить. Обещаю.
– Ох, София.
Он снова обнял меня.
– Он меня теперь ненавидит?
Тяжелый вздох. Что тут ответить? Мы все хорошо знаем характер Алекса. Трудно растопить его сердце жалобными речами и глупыми сообщениями. Тут даже родители не помогут.
Да и чем помочь? Кто виноват? Алекс? Нет. Виновата только я, и все это понимают.
Можно жаловаться на судьбу, свалить на тяжелую жизнь, можно плакать и рыдать, выставляя свое горе на показ, можно разбить голову об очередной угол, но ничего не изменится. Ничего! До тем пор, пока я сама не изменюсь. Пока не начну думать. Пока не перестану врать и обвинять своих близких в тяжких грехах. Пока не научусь понимать людей и принимать их таким, какими смогла полюбить.
На следующем слушание выступила Лера.
Она надела черное строгое платье и туфли на низком каблуке. Волосы свободно свисают на плечи. Макияж минимальный, и даже не стала светить своим бриллиантом на пальце.
– София всегда была безответственной матерью. Никогда не занималась дочерью. Не готовила ей нормальную еду.
– А чем же ребенок питался?
– Свекровь готовила, или Алекс.
– Вы хорошо знаете семью Лапиных?
– Да. Мы с Натальей дружим много лет. Я практически член семьи. А Маша для меня, как дочь.
В зале я заметила испуганное лицо Юры. Он не изменился, только поменял цвет волос и отпустил короткую бороду.
– Сейчас вы живете с Лапиным?
– Не совсем так. Мы вместе воспитываем Машу, вместе отдыхаем, ездим на море, ходим в гости к друзьям.
– Но живете вы в разных квартирах?
– Пару дней в неделю я живу у себя. А в основном мы всегда вместе.
– Вы собираетесь создать семью?
– Да. Как только Алекс разведется, мы поженимся.
– Понятно.
Дальше вызвали Юру.
– Как часто они ссорились?
– Практически каждый день. София часто прибегала на работу в слезах.
– Из-за чего она плакала?
– Алекс ее ругал.
– За что?
– София была слишком молода, неопытна.
– Разве за это ругают? Он сам женился на молодой девушке.
– Она… – Юра замялся.
– Говорите как есть.
– Она не очень умная. Наивная, немного пустая. Ветреная.