– Тебе плохо?
– Да.
– Я отвезу тебя домой.
– Не надо.
– Но, София…
– Где здесь туалет?
– В конце коридора.
Он не пошел за мной. В его крови слишком много спиртного, чтобы нормально соображать.
Я вышла на улицу. Холодно. Злой ветер проник под тонкое платье. Застегнув пальто на все пуговицы, я села в машину. Руки трясутся, и невозможно достать из сумки ключи.
Дальше я многого не помню. В памяти остались лишь какие-то моменты. Парк. Тусклый свет фонарей. Я беру телефон и набираю номер.
Сергей. Испуганные глаза.
– Милая, смотри на меня. София!
Тишина. Вой сирены, и какие-то люди в белых масках на лице.
Яркий свет ударил в глаза. Руку стянули жгутом, а через секунду я снова провалилась в черную бездну.
– Девочка моя.
Это голос Сан Саныча. Как он оказался здесь? Среди странных звуков, доносящихся то справа, то слева. Среди смешанных запахов.
– Она еще долго будет под наркозом?
– Скоро очнется.
Я попыталась открыть глаза. Не получилось. Резкая боль не дает даже дышать, не то, что смотреть, или двигаться. Пустота в голове настораживает, но с другой стороны, думать совсем не хочется. Пусть лучше кружатся стены, и в воздухе летают солнечные зайчики, чем вернуться в жесткую и некрасивую реальность.
– Давай, дочка! – снова сказал Сан Саныч. – Просыпайся.
Один глаз все же послушался и взглянул на светящийся мир. Я зажмурилась от яркого света.
В мое плечо уткнулся огромный живот.
– Как ты, София?
– Ты меня выкрал из дома?
– Это хорошо, что ты шутишь. Значит все нормально.
– Где я?
Вокруг одни белые стены, и окна до потолка.
– Ты в больнице.
– Я потеряла ее?
– Да.
Этого можно было ожидать. Живот давно тянул, а еще случай с Майклом.
Слезы почему-то не текут. Душа болит, но плакать не получается. Только тело разрывается на части.
– А где Сергей?
– Он поехал в поселок за мальчиком. Ты долго была под наркозом.
– Я звонила Алексу.
– Да. Знаю. – Опустив голову вниз, он виновато взглянул на меня. – Я видел пропущенный звонок. Алекс не захотел ответить, а я потом перезвонил тебе, но уже было поздно. Только утром Сергей рассказал мне о случившемся.
– Мне нужна была его помощь, а он даже…
Говорить все еще трудно. Голова соображает, но язык – ватный.
– Я уже высказал ему все, что думаю об этом. Мерзавец. Ты оказалась в такой ситуации, а он даже трубку не поднял. Хорошо, что ты догадалась позвонить Сергею. А то бы так и истекла кровью.
– Ничего не помню, – зажмурив глаза, сказала я. – Только помню, как набрала его номер. А он не ответил. Эти страшные гудки, и боль в животе.
– Девочка.
Накрыв мои пальчики теплой ладонью, он заплакал.
– Не надо, пап. Все будет хорошо.
– Сергей очень переживает, – сквозь слезы, прошептал он. – Это ваш первый ребенок.
– Ты его видел?
– Да. Он только недавно уехал. А так всю ночь сидел в коридоре, пока тебе делали операцию.
Представляю, в каком он сейчас состоянии. И так переживал из-за моей поездки к Майклу, так еще такое.
– Я хочу спать.
– Спи, милая, – пригладив мне волосы, сказал он. – Я тут тебе кое-что оставлю.
Приподняв подушку, он просунул белый конверт. Веки снова стали тяжелыми, и я провалилась в сон.
Ближе к вечеру пришел Сергей. Непривычно видеть его хмурым.
– Милая, – только и смог выговорить он.
Тут слезы вырвались наружу. А когда, его руки коснулись моих волос, я уже разрыдалась в голос.
– Ну, ну. Не плачь. Уже все кончилось. Теперь все будет по-другому.
Да. Уже не будет как раньше. Моя девочка не появится на свет, а я уже не смогу жить по-прежнему.
Мне казалось, что расставание с Алексом – это самое страшное. Не видеть Машу каждый день, не сидеть за столом с родителями на кухне.
Но, оказалось, что третий угол меня поджидал совсем в другом. Готовил к чему-то новому. Даже послал Макса, чтобы предупредить меня об опасности, но я ничего не поняла и шагнула в пропасть. Неосознанно, не подумав.
После укола мне стало легче. Сергей не ушел, хотя уже за окном ночь.
– Тебе пора домой.
– Я не оставлю тебя.
Снова его руки нежно обняли меня.
– Макс будет плакать. Он не уснет без тебя.
– Знаю. Сейчас еще пять минут посижу с тобой и поеду. Маргарита Францевна уже звонила. Спрашивала о тебе.
– Передай ей привет.
– Передам.
Он уехал, а я осталась на всю ночь одна. Со страхами в голове, и с жуткой болью в сердце.
Рано утром, когда еще медсестра не пришла с уколом, ко мне в палату заглянула Ольга. Ее расстроенный вид, напугал даже меня.
– София! – воскликнула она с порога. – Милая! Как же так!
Шмыгнув носом, я смахнула слезу с ресниц.