– Он рядом.
Иван встал у меня за спиной.
– Ванечка, ты уже все обсудил с Аней?
– Да, Виктор Михайлович. Не беспокойтесь.
– Я не беспокоюсь. – Он сморщил лицо от боли. – Вы справитесь. Я знаю. Только не подведи ребят. Они должны работать в нашем гараже, нигде больше.
– Я позабочусь об этом.
В пустых глазах блеснула слеза. Он кое-как оторвал руку от кровати, поднял и указательным пальцем смахнул ее.
– Анна!
– Я тут, пап.
– Сколько у меня внуков?
– Двое. Девочка и мальчик.
– Хорошо. Я кое-что оставил им. Там, у меня в комнате в сейфе.
– У нас дома есть сейф?
Никогда не видела. Сколько раз заходила к нему в комнату и ни разу не видела.
– Ваня знает где.
– Я?
Иван удивился так же, как и я.
– Помнишь, когда Валентина умерла, ты приходил к нам домой? Это было всего один раз. Ты никогда не ходил к нам в гости.
– Помню.
– Ты мне принес сигары.
– Да, было такое.
– Так вот в том шкафчике, куда я убрал коробку с сигарами, находится сейф.
– В книжном шкафу?
– Да. Код ты знаешь. Эта дата, когда ты устроился ко мне на работу.
– Пап, что там? – вмешалась я.
– Подарок. Забери с собой в Питер. Хорошо?
– Хорошо.
– Я не много тебе оставил, Анна, – сухо сказал он. – Бизнес приносит доход, но не большой. Денег на счету мало. Пусть Ваня занимается этим делом, а ты возвращайся к своей семье. Тебя здесь никто не будет кормить, и дуть в задницу, как Лапины.
На минуту он смягчился, дал слабину, но потом быстро взял себя в руки и снова стал тем отцом, которым был всегда. Жестким и равнодушным. Но, для Ивана он остался прежним. Мудрым наставником и честным бизнесменом.
После хосписа, Иван повез меня в сторону набережной.
Я только села в машину и сразу отключилась. Голова пустая, а тело ватное. Только глаза смотрят на огромный город за окном.
– Анна, – тихо позвал меня он.
Я промолчала.
Тогда он повернул руль вправо и медленно припарковался у невысокого бетонного заборчика. Мотор затих. За окном бушует Волга. Солнце слепит глаза.
– Анна.
Я прикрыла лицо ладонями. Не хочу разговаривать. Лучше бы он меня обнял.
И он обнял. Потянул за рукав и, когда я уткнулась носом в его куртку, нежно прижал к груди. Горячие пальцы проникли под волосы.
Именно в этот момент, в этом городе, в этой машине, в этой ситуации, когда время течет, как сахарный сироп с ложки, – мне понадобилась его поддержка. Именно ЕГО!
– У меня давно не было женщины, – признался он, когда я обняла его за шею.
– У меня тоже.
Я не вижу, но знаю, что он улыбнулся.
– Почему твой муж не поехал с нами?
– Илья? Он не мой муж.
– Тогда, кто он?
– Друг, сосед, муж моей подруги. Как еще сказать про него? Не знаю. Он самый дорогой для меня человек на свете. Только он немного странный.
– И в чем его странность?
Он даже не заметил, что Илья не выговаривает многие слова, что его прозрачные пальцы дрожат, ноги медленно двигаются.
– Он смешной. – Нашла я причину. – У тебя есть такой друг?
– У меня один друг. Игорь. Он не смешной, но веселый.
– Я развелась с мужем, – сказала я неожиданно для себя самой.
– Почему?
Мышцы под курткой напряглись.
– Видимо, я была слишком глупой для него. Наивной, ветреной. Алекс – врач. Он умный человек, серьезный. А я не оправдала его ожидания.
– А что он от тебя ожидал?
Я на секунду задумалась.
– Ничего особенного. Он выбрал жизнь обычного человека, который заботится о своей семье, растит ребенка, ходит на работу. А я… увлеклась погоней, за мечтой. Села на золотой трон и смотрела на него свысока. Хотела добиться чего-то большего, чем быть женой «обычного» мужчины.
– Мания величия, – тихо проговорил Иван. – Тщеславие.
– Мой самый страшный грех.
– Ты избавилась от него?
– От греха избавилась, а вместе с ним, и от мужа.
– А я не был женат. Ни разу. И даже детей нет.
– У- у, – промычала я ему в куртку и снова прижалась щекой к мягкой ткани.
– Тебе уже лучше?
– Немного.
– Домой?
– Да.
Он привез меня домой, поставил машину в гараж и вызвал такси. Я проводила его, а потом долго стояла на дороге и смотрела вдаль.
Три дня. Четыре ушли, и осталось совсем немного. Попрощаться с отцом, передать все дела Игорю, посидеть с бабушкой. Настя все равно еще приедет ко мне в гости. А вот остальных я больше не увижу.
Поздно ночью, около часу, я набрала номер Алекса. Это уже как привычка – ложусь спать и вспоминаю, что не сказала главного.
Ответил Сан Саныч. Вяло, сонным голосом.
– Что случилось, София? Почему так поздно? Ты смотрела на часы?
– Извини, пап. Я звонила Алексу, а нечаянно набрала твой номер.