– Это нечестно! – возмутилась рыжая. – Я готовила эту постановку две недели!
– А я пятьдесят лет учился у духов предков, – пожал плечами шаман и снова ударил в бубен. – Кстати, они передают привет. И говорят, что твоя хореография хромает.
Я перекатился под градом серебряных пуль, попутно отмечая, что якут успел основательно набраться. От него разило какой-то явно шаманской настойкой – судя по запаху, на грибах и северном мхе. Причем градус был такой, что даже призраки морщились.
– Дед! – крикнул я, уворачиваясь от очередного магического удара. – Может, самое время вспомнить что-нибудь из 1812 года?!
– А ты говорил без исторических анекдотов! – отозвался старик, отбивая посохом атаку волка-оборотня. – Но раз просишь... Помню, мы с Кутузовым как раз такую же настойку делали...
Шаман внезапно перестал петь:
– Погоди-ка! Это та самая, с мухоморами и полярным лишайником?
– Он самый! – оживился дед Пихто. – А ты откуда...
– Хватит! – рявкнул я, чувствуя, как ситуация окончательно выходит из-под контроля. – Можете обсудить рецепты самогоноварения потом! У нас тут вообще-то серьезная операция!
В этот момент Хмырь, решивший зайти к шаману со спины, материализовался с очередным криком про налоговую проверку. Якут даже не обернулся – просто стукнул в бубен, и призрака буквально вынесло сквозь стену.
– Извините, – донеслось откуда-то с улицы призрачное бормотание. – Кажется, я себе эктоплазму отбил...
Алина пыталась пробиться через строй волков-оборотней, создавая огненный вихрь. И у нее почти получилось, пока шаман не начал подыгрывать ее пламени на бубне. Огонь, предатель, начал выписывать в воздухе кренделя, складываясь в какой-то шаманский танец.
– Нет, ну это уже слишком! – возмутилась рыжая. – Хочешь танцевальный баттл? Получай!
– Алина, нет! – крикнул я, но было поздно.
Огонь и шаманская магия сплелись в безумной пляске. Со стороны это выглядело как помесь «Лебединого озера» с камланием под якутские народные мотивы. Причем бубен, кажется, начал подыгрывать Чайковскому.
«Вот теперь», – подумал я, глядя, как дед Пихто увлеченно обсуждает с якутом какой-то древний рецепт, пока их магия разносит здание, – «можно точно сказать, что корпоративная вечеринка удалась. Особенно учитывая, что у нас уже есть пьяный шаман, огненный балет и призрак с травмой эктоплазмы».
И тут я заметил, что из подвала начинает подниматься синеватое сияние, а в воздухе явственно запахло чем-то... потусторонним. Кажется, вечер перестал быть томным.
– Всем отходить! – заорал я, узнавая этот запах. – Они открывают ящики!
Если из подвала пахнет древними духами – беги, не оглядываясь. А если при этом еще и якутскими народными песнями – беги в два раза быстрее.
К сожалению, нигде не уточнялось, что делать, если духи начинают подпевать…
Синее сияние из подвала превратилось в настоящий гейзер потусторонней энергии. В воздухе материализовались полупрозрачные фигуры, похожие на помесь полярных волков с северным сиянием. Их глаза светились древней силой, а вой... этот вой заставлял даже бывалых оборотней поджимать хвосты.
– Дед! – крикнул я, пятясь к выходу. – Это что за...
– А вот и духи предков! – радостно воскликнул якутский шаман, покачиваясь с бубном. – Сейчас мы вам покажем настоящий северный бит!
– Отступаем! – скомандовал я, понимая, что ситуация окончательно вышла из-под контроля. – Алина, прикрой!
Рыжая бестия создала огненную стену, но призрачные волки просто прошли сквозь нее, даже не поморщившись. Более того, они, кажется, начали подвывать в такт бубну.
– Это нечестно! – снова возмутилась Алина. – Они же даже не материальные!
– Зато музыкальные! – хохотнул шаман, раскручивая бубен как диджейский пульт.
Хмырь попытался организовать эвакуацию через стены, но быстро выяснилось, что духи предков гораздо опытнее в вопросах просачивания сквозь препятствия. Особенно когда их подбадривает пьяный якут с музыкальными амбициями.
– За мной! – рявкнул я, принимая полную боевую форму. – К крышам!
Мы прорывались через охрану, духов и какофонию шаманского рэпа (якут, войдя во вкус, начал читать заклинания речитативом). Дед Пихто прикрывал отход, периодически обмениваясь с шаманом рецептами настоек. Причем делал это, не прерывая боя.
– А если добавить ягель? – кричал он, отбивая атаку волка посохом.
– Обязательно! – отвечал якут, запуская в нас очередное заклятие. – И настоять на лунном свете!