В этом месте Мишиной тирады Гимор занервничал и забеспокоился. Упускать возможно выгодный случай не хотелось, тем более, что и Чистоплюев за раззявистость помощника по головке бы не погладил. Потому Гимор немедленно и с заискивающим выражением, которое сделало его гранитную физиономию вовсе противной, рассыпался перед Мишей в обещаниях похлопотать перед Чистоплюевым о благоприятном ответе. Намекнул и о своей немалой роли и влиянии на решения народного избранника, и уверил в положительном ответе почти наверняка. И вряд ли имеет смысл Михаилу Валерьяновичу пока обращаться к иному депутату с его интересным предложением.
Миша ответил совершенно искренне, что ни к кому другому не обратиться прежде, чем получит от Чистоплюева окончательный ответ. И уверил Гимора, что помощника в фонде тоже не обидят и намек понят правильно. Перед тем, как покинуть чиновничий кабинет, словно в порыве благодарности, кинул тигру последний кус мяса. Тряся на прощание с энтузиазмом буханкообразную руку Гимора, Миша доверительно сообщил помощнику, что члены фонда охотно пользуются его услугами в превращении безналичных средств в наличные, а также для перевода через счета фонда сокровенных сумм за пределы любимой родины. Услугами все довольны и нареканий пока не поступало. Полная конфиденциальность гарантируется. Процент самый мизерный. Можно сказать, чисто символический. После этого Гимор стал трясти Мишину ладонь в рукопожатии с удвоенным энтузиазмом.
Конечно, Гимор и его шеф Чистоплюев далеко не дураки, и палец им в рот не клади. Будут проверять и выяснять. А что же, пусть себе проверяют. Фонд действительно нередко использовался и с такой целью, и процент был небольшой, и клиенты довольны. Возможно, если операция пройдет гладко, и на фонд не падут подозрения, то и Гимора еще можно будет использовать с выгодой. Наверняка, потеряв своего хозяина, помощничек не замедлит найти себе нового. А заманчивый адрес уже будет ему известен.
Главное, контакт с Чистоплюевым установлен. О чем Миша и доложил хозяину. Теперь оставалось дождаться ответа. Чутье же подсказывало "архангелу", что за депутатским словом дело не станет. И действительно, по прошествии всего двух дней Гимор вышел с адвокатом на связь. Чистоплюев намерен был познакомиться с представителем "Молодых талантов" лично. Обговорили место и время встречи. "Архангел" получил приглашение на депутатскую дачу в ближайшее воскресенье и даже с супругой, если, конечно, имеет таковую. Хозяин велел Мише для убедительности прихватить с собой Риту. И то хорошо, ведь мотаешься как собака, а с любимой женщиной и в люди выйти некогда. Рита не то, чтобы обижалась, хватало и учебы в медицинском и работы иного рода, но некий укор в ее глазах все же читался.
Дача Чистоплюева оказалась на деле небольшим и по европейски ухоженным поместьем. Была не казенной, хотя и таковая имелась, построенная, скорее, как загородный дом, претендующий в будущем на достоинство родового дворянского гнезда. Гнездо, разумеется, было записано на жену, вероятно, получившей наследство от бабушки-революционерки. Располагалась дача в местечке с уютным названием Подушкино.
Принципиальное согласие было получено от Чистоплюева еще до обязательного дачного застолья. И Мише оставалось только развлекать депутата и его плюшку-жену, да заодно и Риту, рассказами о похождениях и чудачествах звездных членов фонда. Информацию об их личной жизни сам Миша почерпнул из частых и громогласных высказываний на весь дом мадам Ирены. Жена Чистоплюева Зоя Васильевна слушала благосклонно и вслух мечтала, с кем из знаменитостей познакомится в первую, а с кем во вторую очередь. Сам Чистоплюев время от времени между рюмками строил глазки Рите. Но скорее из чувства хозяйского долга занимать гостей и особенно молоденьких женщин. Было очевидно, что худощавые спортивные брюнетки совсем не в его вкусе.
Распрощались с депутатом и его гнездом уже под вечер. Перед тем, как откланяться, Миша уговорился с Чистоплюевым, что в ближайшие дни представит его президенту "Молодых талантов", ни словом не обмолвившись при Зое Васильевне, что президент этот – женщина, к тому же красивая и блондинка.
Дело было на мази. Докладывая хозяину, Миша даже поплевал, чтоб не сглазить, через левое плечо. У Фомы был готов уже и смертоносный порошок. Оставалось обсудить последние детали операции и подготовить и поинструктировать на случай неожиданностей Ирену. Ей на этот раз отводилась в сценарии ключевая роль.