– Если б и второго выманить из машины? А то, как не выйдет на шум, да начнет палить из кабины? Опять же рация, – Макс перебирал варианты обстоятельно, не спеша, – хорошо бы с ним непременно в этот день простой водила был, а не чин в погонах, а?
– Что же, можно и кого следует об услуге попросить. В их интересах! – отозвался Миша, – Пусть для клиента непременно сыщется, когда надо, свободное авто. И шофер из молодых, потрусливей, да поглупей.
– Вот это дело. Было бы славно, конечно, если бы в нужный нам вечер стряслось долгое, производственно-оперативное совещание, – с намеком помечтал Сашок, и зевнул, машинально, по-деревенски, перекрестив рот, – позднее и нудное. А тут, глядишь, машинка у ворот, в знак признания и уважения. Расслабуха полная – бери его тепленьким.
– Совещания не надо. Ни к чему пустяками обременять людей, – Миша, видимо, схватил за хвост некую удачную идею и, молниеносно оценив и осмотрев со всех сторон, выдал готовое блюдо, – На следующей неделе второй заместитель отмечает день рождения. Не юбилей, но посидеть – посидят. И выпьют изрядно, что неплохо. Вот к празднику и приурочим… Вместо подарка.
– А подполковник наш, конечно, не откажется. В виду налаживания контактов с вышестоящими и подчиненными. И выпить этот Гладких, как я слышал, не дурак, хоть и стукнутый народоволец, – подвел как бы итог Макс, и для порядка окликнул охотника, – а ты чего молчишь все время, будто тебя ничего не касается?
– Думки думать – не мое дело, – усмехнулся Стас, недобро прищурив глаза, – мое дело – исполнять, что приказано, и чтоб ни один долбанный листочек не шелохнулся, ни одна кровавая капелька мимо не капнула.
Распределение ролей много времени не заняло. Не так уж часто они менялись, и каждый на своем месте был в охотку. И только раз случилась заминочка. Хорошо бы, конечно, взять им кого-нибудь из сестер: девушка отвлекла бы внимание, и Стас сразу предложил опытную в деле мадам Ирену, тут же удивившись, почему мадам, собственно, вообще не присутствует. Уж кому-кому, а ей не новинку составлять головоломные задачки и вмиг раскладывать ответы на них по полочкам. Миша демонстративно при имени Ирены оглох, и потому ребята не стали заостряться, кто его знает, может так Сам велел. Однако женский пол на операции представлен будет, пообещал Миша, хоть и не уточнил, но ясно, знал, что говорит, никогда не сотрясал воздух попусту. С тем и разошлись.
Хотелось бы думать, что Миша долго-долго искал ее и вот, наконец, нашел, если б Ритка не сидела на самом проходном и видном месте в доме. Но и тщеславие не пострадало – Миша первый подошел, поздоровался, хоть она и не звала, и за завтраком уже виделись. Значит, не пустословила Ирена, не равнодушен к ней, что приятно, а мог быть в обиде на Риту и с полным правом. Решила, однако, на встречу не вставать, пусть садиться рядом с разрешения, но без снисходительности. Миша и сел, правда, позволения не спросил. И разговор завязался сам по себе.
– Знаешь, без наших занятий стало как-то скучно, – то ли призналась, то ли вздохнула Рита.
– Но мне нечему больше тебя учить, – просто сказал Миша, ничего более не добавляя и не комментируя.
– Тогда почему я бездельничаю? Жизнь вокруг кипит, все заняты, ты в разъездах и шепчешься по углам с другими братьями, а я? Мне не доверяют? – капризно пожаловалась Ритка, по-детски перекладывая свои мелкие беды с больной головы на здоровую, не замечая в упор несправедливости и смехотворности своей ревности.
– Мне лично казалось, что и твоя жизнь бьет ключом, особенно личная, – ответил Миша, и вежливость в его словах была неотличима от ехидства, – разве не так?
– Но мне бы хотелось быть полезной, – смутилась Ритка, уело метко брошенное, потому не в бровь, а в глаз, – могла бы и тебе помогать – все же ты меня учил.
– Насколько я понимаю, это значит что-то вроде "спасибо", – как тихое эхо прозвучал голос Миши, – Но разве ты знаешь, чем я занимаюсь? Прежде, чем помогать, надо для начала представлять себе, в чем именно!
– Так расскажи мне, и я представлю, – робко попросила Рита, – и вдруг, да пригожусь.
– Тебе может не понравиться род моих занятий, а назад уже не будет пути, – Миша вопросительно и чуть тревожно посмотрел на девушку, словно авансом искал ее одобрения, – так как, мне молчать или говорить?
– Звучит зловеще. Но я не испугалась, – ее легковесная сторона взяла вверх, и Рита не желала быть серьезной, как знать, вдруг Миша интригует и нагнетает только бы заинтересовать и привлечь внимание, набивает цену, недалекий и влюбленный, – выкладывай свои тайны, пока я не соскучилась и не ушла.