– Ну, что скажешь? – с любопытством спросила Эшли.
– Я такого никогда не видел, – осторожно произнес Алистер.
– Я тоже, – выдохнула его бывшая жена. – Сможешь разобраться, как это действует и для чего служит? Если поможешь мне, то я смогу убедить Эриксона в том, что ты невиновен.
Алистер недовольно нахмурился:
– Но я и так невиновен.
Эшли лишь усмехнулась:
– Послушай, честно говоря, мне плевать и на твоего дружка, и на ваш квантовый изолятор. Что тот, что другой – они абсолютно бесполезны. И без Рябинина у нас будет на один голодный рот меньше, что, по-моему, только плюс. Но Эриксон давно на вашу компанию зуб точит. Он считает, что вы только зря используете оборудование, которое могло бы пригодиться для более важных исследований. И теперь, когда бокс исчез, он рвет и мечет. Требует, чтобы я нашла на тебя компромат! Он убежден, что ты и Инна заодно с Рябининым. Понятия не имею, где твой друг, но у тебя, мой дорогой, большие неприятности. Так что или ты мне помогаешь, и я доказываю, что ты невиновен… или готовься к последствиям.
К концу речи ее голос стал настолько ледяным, что на Алистера буквально повеяло холодом. Это его несколько отрезвило.
– А тебе-то какое дело до этого прибора? – спросил он. – Зачем тебе это?
Эшли соблазнительно улыбнулась:
– Любопытство, милый, любопытство. Ну так что, я могу на тебя рассчитывать?
Мужчина вздохнул:
– С ужасом осознаю, что у меня все-таки доброе сердце. Так и быть, рассчитывай.
Инна ехала на ховерборде к северу города. Она еще раз позвонила Риоте, и тот сообщил ей, что в прошлый раз Мизуки бежала именно в эту сторону. У нее вовсе не было уверенности, что сбежавшая из психушки подруга снова попытается прорваться мимо дежуривших там санитаров, однако что-то неуловимое тянуло ее туда. Наступил вечер, люди потихоньку начали покидать свои рабочие места и направляться домой, так что улицы были заполнены пешеходами и ховербордистами. Инна несколько раз чуть не столкнулась с ними, но ее это не волновало.
И вот, когда она уже выезжала на дорогу, ведущую к северной границе, ее взгляд за что-то зацепился. Инна слегка притормозила и тут заметила, что из кустов торчат две взлохмаченные головы. Прожив с кем-либо в одном доме шесть лет, ты сможешь узнать его, где угодно. Инна сошла с ховерборда, сунула аппарат в сумку, и подошла ближе к кустам. Прятавшиеся там люди зашевелились.
– Мизуки? – неуверенно спросила Инна. Эта голова ей определенно знакома, но все же трудно поверить, что ее подруга сошла с ума настолько, что прячется в кустах, как какая-нибудь земная преступница.
– Инна? – Мизуки выглянула из кустов.
– Что ты там делаешь? – пораженно спросила Инна. – Мне Риота сказал, что тебя забрали в сумасшедший дом.
– Это все неважно, – Мизуки поднялась во весь рост, и Инна сразу увидела, что одежда на ней порвана в клочья.
– Кто это? – раздался мужской голос.
– Поднимайся, Рави, это моя подруга, она нас не выдаст, – уверенно произнесла Мизуки.
Обладатель второй головы тоже встал из-за куста. Рави оказался симпатичным парнем индийской внешности и выглядел вполне прилично, если не считать того, что он все время со страхом косился в сторону границы города. Инна тоже туда посмотрела, но не обнаружила ничего, кроме пустыря, покрытого голубой травой. Где-то вдалеке виднелись заросли деревьев и столбы-трансляторы силового поля, защищающего от проникающих на планету заряжежженных частиц, а у самого края города несколько санитаров в медицинской форме топтались на месте и вяло переговаривались.
– Видишь? – заметив ее взгляд, спросила Мизуки.
– Санитаров? Вижу, – кивнула Инна. – Мне Риота сказал, что ты уже не первая, кто пытается сбежать с этой стороны.
– Да нет же! – раздраженно топнула ногой Мизуки. – Впрочем, так ты не поймешь, – она запустила руку в карман, достала бутылку, отвинтила крышку и плеснула жидкостью в сторону подруги.
От неожиданности та отпрыгнула в сторону. Жидкость, пахнущая соммелисом, расплескалась по земле. Инна сложила руки на груди:
– Так и знала, что все дело в галлюцинациях. Я пыталась закрывать глаза на это твое увлечение, старалась верить людям, убеждающим, что соммелис безвреден, но больше я терпеть не намерена. Приду домой и выброшу всю эту гадость!
– Ты не понимаешь, Инна, – поспешно сказала Мизуки. – И не поймешь, если хотя бы не глотнешь.
– Я не наркоманка! – сердито воскликнула Инна.
– Соммелис – не наркотик,– покачала головой Мизуки. – Пожалуйста, просто глотни, и сразу все поймешь!
– Это правда, – принялся поддакивать Рави. – Я вот тоже глотнул – и сразу все понял. Там стоит скала – и, судя по всему, давно стоит, но мы ее никогда не замечали!