Натягивал я их уже на ходу, болтаясь из стороны в сторону от дикой тряски. К счастью, в этом тяжеленном и неповоротливом костюме мотало гораздо меньше. Правда и заставить двигаться того слона, которым я стал, тоже стало труднее.
— Дрёма-а-а!!! — крик начальника, героически пробившийся сквозь толстые слои шлема, подстегнул меня. Да иду я, иду!!!
Как-то сама собой возникла удивлённая мысль — ведь получалось, что я вновь перенёсся не только в другое тело, но и во времени? Это что же выходит, у меня в запасе всего несколько минут, после которых крейсер попадает под удар вражеской авиации, или артиллерии? Или он уже попал? Что за временная петля⁈ Ни о чём таком мне в НИИ не говорили.
Так, стоп. Командиром крейсера я умер сразу, разведчику тоже не повезло… А кочегар вот тащится трубы ремонтировать. Оказалось, что даже после страшного удара «Борзый» живёт и борется за свою живучесть.
Такие вот живые винтики в теле огромной сухопутной машины болтаются и крутятся в отсеках, каждый делая своё дело. И крейсер «Борзый» продолжает катить в самое пекло ада!
Когда я наконец доковылял к месту разрыва трубы, начальник уже прилаживал какой-то инструмент на один конец трубы. При этом из конца так и шпарил пар, и я уже видел, что всё вокруг покрылось инеем, как и сам старший оператор.
Не оглядываясь, тот рявкнул:
— Хрена ли вылупился⁈ Крепи натяжитель на второй фланец!
— А? — переспросил я, понятия не имея, что такое фланец.
— Хрен на! — вызверился начальник, — На ту хреновину эту хрень накидывай, и удерживай!
— Есть удерживать хрень! — гаркнул я в ответ. И чего он орёт, сразу не мог нормально объяснить?
Я нырнул прямо под струю хладагента, и почувствовал тугой удар по костюму. Хренью оказалась свисающая часть, состоящая из двух штанг с резьбой, и огромной металлической шайбы, распиленной пополам. При этом с одной стороны она имела петлю, а с другой — крючок и болтающееся в проушине металлическое звено.
Повторяя за старшим оператором, я завёл раскрытую шайбу за утолщение на трубе, и защёлкнул, накинув звено на крючок. Всё это делал, находясь прямо под струёй и чувствуя, как мой защитный костюм начинает промерзать.
— Гот-тово! — стучащими зубами выкрикнул я, ожидая дальнейших приказов от начальника.
— Сваливай из-под струи, пока не отморозил что-нибудь важное! — ответил старший, в руке которого уже был массивный пневматический болтовёрт. Другую руку он протянул мне: — Вот, подержи болты с гайками. Подашь, когда скажу.
Начальник приступил к затягиванию штанг, вместе с которыми стали притягиваться друг к другу и фланцы труб.
Ну, а я, смахивая налипший на запотевшее стекло иней, наконец-то смог осмотреться. Заметил, что крейсер уже не так сильно трясёт, как минуту назад… и вдруг понял, что не вижу Бориса!
Я завертел всем телом в розысках, потому что шлем вертеться не хотел.
Место, где Борис лежал минуту назад, пустовало. За столом, и у шкафов с обмундированием и инструментами его тоже не наблюдалось.
Отыскался Борис у противоположной стены, возле каких-то тонких труб с датчиками и вентилями. Вот эти самые вентили он сейчас и крутил. Вот ты где, вражеское отродье!
— Дрема, за ногу тебя об реактор, ты чего пляшешь⁈ Один болт с контргайкой давай сюда! — рявкнул начальник, привлекая внимание.
Я тут же взял с ладони требуемое, и протянул командиру. А затем спросил:
— Товарищ старший оператор, а что это Борис какие-то вентили крутит у стены?
— Где⁈ — рявкнул начальник, и обвёл взглядом помещение.
Однако увидеть он успел лишь то, как вредитель отходит от места, где только что совершил диверсию. И всё же мой доклад пошёл на пользу… Опытный глаз командира даже сквозь грязное стекло прочёл все датчики и вентили, как открытую книгу, и старший взревел разъярённым медведем:
— Боря, я тебе твои кривые руки знаешь куда засуну⁈ Прямо туда, откуда они растут! — он ткнул ключом в воздух, — Ты чего накрутил на контрольном щите⁈ Давление нужно ослабить, а не поднимать, тупой ты идиот! А ну живо откручивай до упора все, с первой по седьмую магистрали!
Всё так же глухо рыча и ругаясь, он накинул ключ на гайки и продолжил крутить.
— Вот же дал главный инженер двух имбецилов в помощники! За что мне это наказание⁈
Я поморщился, думая, что один из двух имбецилов как минимум приобрёл сегодня настоящие мозги. Хотя, если так подумать, у второго они тоже сегодня… кхм… обновлённые.
Додумать мысль я не успел, потому как перед моими глазами вдруг появился текст: