Вроде сижу в каком-то массивном кресле с широченными подлокотниками, на них под пальцами тумблеры, рычажки, кнопки… Что-то подобное я где-то уже видел, на каких-то фотографиях.
Попытался подняться, чтобы осмотреться, однако тут же понял, что тело не моё. Я хоть и инвалид последние три года, но излишним весом никогда не страдал, даже наоборот, был худым и чего скрывать, жилистым. Увечье не освобождает от потребностей в пище и тепле, а мне ещё и за троих работать приходилось. Но сейчас…
Я сосредоточился на левой руке. Мощное предплечье, рельеф мышц просматривается даже под толстой грубой тканью чёрного цвета. А что с ногами? Вот стравля! Не могу даже приподняться, не контролирую мышцы.
Так, попробую хотя бы рукой пошевелить…
— Ы-ы-ы! — взвыл я от натуги, пытаясь поднять всё ту же левую руку. От напряжения аж шею свело, и в глазах потемнело.
— Товарищ капитан второго ранга, что с вами? — раздался откуда-то слева и снизу мужской голос. — Вам плохо? Эй, дежурного врача в рубку, срочно! Командиру плохо.
— Ы-ы-ы! — не согласился я.
Мне было не плохо, а страшно. Потому что я не понимал, где нахожусь, как сюда попал, и что вообще делать.
— Товарищ капитан второго ранга, разрешите доложить! Срочное донесение от разведки! — гаркнул кто-то прямо в ухо, причём в этот раз с правой стороны.
От неожиданности я дёрнулся, и даже смог повернуть голову на голос. Ох ты ж!
Передо мной стоит аж целый лейтенант, да еще и в чёрной форме сухопутных броненосных войск. Это я точно знаю, мой отец носил точно такую же…
Тем временем лейтенант решил, что я обратил на него внимание, и протянул мне узкий длинный чёрный лист, на котором было что-то написано. А дальше сработали рефлексы тела — рука сама, без моего участия, метнулась к листу и всё теми же бесконтрольными рефлексами выдернула донесение из пальцев офицера.
— Разрешите идти⁉ — козырнул лейтенант, вытянувшись в струну.
— М-м-м! — промычал я, хотя пытался сказать лишь: «Помогите!»
Однако офицер воспринял моё мычание за разрешение, и через мгновение исчез из моего поля зрения. На которое я только сейчас и обратил внимание, уставившись в стеклянную полусферу перед собой, около метра в диаметре.
Это был обзорный фонарь. В нём мелькали вспышки взрывов, блеск металла, и густо чадили столбы черного дыма. Звук обзорный фонарь не передавал, но я буквально нутром услышал вонь сгорающей техники. Это что, какой-то фильм? Учёные решили меня документалкой загрузить?
С трудом оторвав взгляд от мерцающей полусферы, я уставился на рельефную табличку на стене слева… Надпись, бронзовыми буквами: «Крейсер „БОРЗЫЙ“»
Тут же я вспомнил, где видел и это кресло, и капитанскую рубку с пультами и с таким же обзорным фонарём. На фотографиях с отцом, которые мать так бережно хранила…
Я снова уставился в фонарь, теперь ясно понимая — мельтешащие в нём картинки на самом деле происходят снаружи, за бронестеклом, и толстой бронированной обшивкой. Одновременно с этим по моей спине поползли мурашки.
Стравля зловонючая! Прямо сейчас, впереди по курсу идет бой! Настоящий! Это же мы… это я в бою!!!
— Товарищ капитан второго ранга, вы в порядке? — отвлёк меня от страшного, завораживающего зрелища уже знакомый голос.
— Э-э! — выдал я, пытаясь сказать: «Нет!»
Наконец тот, кто переживал за моё здоровье, оказался рядом. Хм, да это аж капитан-лейтенант, вон — четыре звезды на погоне. И смотрит на меня этот офицер с подозрением, словно о чём-то догадывается. Неужели понял, что в теле его командира другой человек?
Вот кто мне поможет наверняка.
— Пы… м-м-м! — взвыл я изо всех сил. И под конец добавил: — Ги-ы-ы!
— Помоги? — догадался офицер, и тут же перевёл свой взгляд куда-то за спину, — Где дежурный врач? У командира приступ, и похоже, это инсульт! Внимание! Как старший помощник, временно принимаю командование крейсером на себя. Занесите в протокол… эээ… время двенадцать ноль три. Товарищ капитан второго ранга, разрешите?
Старпом тут же попытался выдернуть из моей руки тот самый узкий длинный листок, и не смог — мои пальцы внезапно не пожелали отдавать донесение, вцепившись мёртвой хваткой. Однако офицер проявил упрямство, и дёрнул сильнее. Результат — донесение порвалось по диагонали.
А в следующий миг в помещении взвыла сирена, от которой моё новое, непослушное тело снова само вскочило на ноги… похоже рефлексы сработали. Вот только зачем я начал заваливаться лицом вперёд? Стравля бесшумная! Да я же сейчас с высоты двух с половиной метров приложусь всем анфасом об стальной пол, при этом и руки толком подставить не могу.