Прайс нахмурился, разглядывая торопливые записи на жёлтых страницах блокнота. Всё верно, он только что проверил последнюю квартиру крыла, но его не оставляло ощущение, что он сделал что-то не так. Пренеприятное чувство – если вовремя не дать отпор, оно вполне способно вызвать очередную бессонницу. Так что Прайс предпочитал разобраться с сумбурными сомнениями сразу. Не сходя с места, он скрупулёзно, до деталей восстановил в памяти диалог, который протекал между ним и владельцем квартиры. Вспоминалось почему-то с запинками, словно цепляясь за края. Но он помнил, и это главное. Прайс удовлетворённо кивнул самому себе. Всё в порядке. Конечно, надежда найти в квартире 302 логово маньяка обрушилась карточным домиком, но придётся стерпеть. Нужно продолжать раскапывать эту гнилую нору, разворошить до самого дна. Ну и ещё убраться из этого этажа, пока не задохнулся.
Прайс спрятал блокнот в карман и пошёл к лестнице.
– Куда мы идём?
Генри ждал этого вопроса. С тех пор, как они вышли из палаты, он успел спросить себя о том же самом трижды. С каждым разом уверенность в том, что он знает, что делать, безнадёжно терялась.
– Нам нужно найти дверь с изображением какого-то символа, – сказал он. – Так написал Джозеф.
– Но почему именно эти двери? – удивилась Айлин. – Может, лучше просто выйти из госпиталя на улицу? Должен же там быть хоть кто-то…
– Боюсь, что нет, – мрачно ответил Генри, замедляя шаг: Айлин опять начинала отставать. Он привык ходить споро, не ограничивая себя в скорости, и приходилось то и дело одёргивать себя, чтобы дать Айлин догнать себя. Впрочем, она тоже шла неплохо. Сломанная рука, похоже, доставляла ей куда больше неудобств, чем нога: то и дело Айлин поглаживала застывший гипс и нетерпеливо постукивала по нему пальцами. Генри знал, что срастающиеся кости вызывают зуд, от которого иные могли сойти с ума. Его мутило от одного только представления о том, каково сейчас приходится спутнице.
– Что ты имеешь в виду?
– Дверь на улицу не открывается, – сказал Генри. – И здесь нет окон, ни одного. Мне кажется, это место специально создано, чтобы отсюда нельзя было выбраться. Глупо, конечно, но…
– Господи, – прошептала Айлин, и он заткнулся. Остаток коридора они прошли молча. Только когда Генри открывал дверь на лестницу, она спросила:
– А где они, эти двери? Ты видел их?
– Увы, – Генри чувствовал горечь из-за того, что ему остаётся только разводить руками на её вопросы. Если бы он сам хоть что-то знал…
Выйдя на лестничную площадку, он оглянулся:
– Помочь?
– Думаю, смогу как-нибудь сама доковылять, – усмехнулась она, нервно сжимая перила. У Генри оставались сомнения, но он послушно пошёл вниз. Айлин спустилась на одну ступеньку, на другую, сосредоточенно целясь здоровой ногой на ровный участок. На следующем шаге она оступилась; если бы не перила, в которые она вцепилась мёртвой хваткой, и Генри, который ждал подобного исхода, она бы упала навзничь. Айлин слабо вскрикнула. Генри осторожно поставил её на место и взял за ладонь:
– Всё-таки, давай помогу.
– Да, пожалуй, – она разочарованно вздохнула. Они продолжили спуск. Добрались до подножия лестницы без приключений, и здесь Генри резко остановился – так, что спутница едва не врезалась ему лицом меж лопаток.
– Что случилось?
Генри повернулся к ней. Зрелище, которое ждало за дверью, было не для слабонервных, а он забыл её предупредить. Хорошо, что вовремя вспомнил… иначе могло бы быть хуже. Чёрт возьми, при мысли о мёртвой женщине с дырой в животе у него самого желудок сворачивался змейкой.
– Айлин, тебе может не понравиться то, что ты увидишь в холле.
– Там что-то есть? – взгляд Айлин метнулся поверх его плеч.
– Да. Чем бы это ни было, оно теперь мертво, но выглядит… не очень. Я просто хочу, чтобы ты была готова.
– Всё в порядке, – она улыбнулась, но как-то натянуто. – Если имеешь в виду кровь и всё такое, то мне не впервой. Всё же когда-то училась в медицинском институте. Правда, так и не доучилась.
– Это хорошо, – кивнул Генри. В голову пришёл совершенно неуместный вопрос: а кем работает Айлин сейчас? Интерес пробудился внезапно и был до того нелепым, что Генри едва не фыркнул. Он открыл дверь и вышел в холл. Айлин последовала за ним.
На грязном линолеуме под ногами расплылась лужа крови с вкраплениями серых комков. Угадывались контуры исполинского тела, которое раньше лежало здесь: кровью обведены следы рук и ног, а там, где серой массы больше, находилась голова. Но самого тела не было. Мёртвая женщина исчезла, багровые потёки размазались по полу в длинный след.
След исчезал в шахте лифта, где скопилась резиновая тьма.
– Генри? – спросила Айлин. – Где…
– Айлин, зайди мне за спину, – очень тихо перебил Генри, не оборачиваясь, не выпуская проём лифта из поля зрения. Темнота там шевелилась, ползла из угла в угол вязкими сгустками. Генри это видел. Рука сама собой опустилась в карман, вытащила давешний нож. Он отрегулировал длину лезвия, выпустив ещё несколько дюймов взамен отломанных.
– Оно… там? – Айлин тоже говорила тихо, положив ладонь ему на спину. Генри не чувствовал её тепла. Всё тело словно превратилось в негнущуюся тупую древесину. Лишь на горле ещё горел след от острых ногтей чудовища.
Нужно было убить её в тот раз. Нужно было долбить, пока она не сдохла окончательно…
– Да, – сказал он, дюйм за дюймом пятясь назад. Далеко уйти они не успели; словно почуяв, что они уходят, из шахты показалась рука, кожа на которой шла лохмотьями. За ним последовала вторая. Мёртвая женщина наклонилась вперёд, к свету, и улыбнулась Генри. Лезвие ножа торчало из переносицы, отбрасывая тусклые блики.
– Боже, – выдохнула Айлин; трясущаяся ладонь врезалась в лопатку. – Боже мой, Генри, что это…
Она судорожно сглотнула и замолчала. Генри не ответил. Ему было нечего сказать – по крайней мере, сейчас, когда ходячий труп неуклюже вылезал из шахты.
Генри рванулся вперёд, к шахте лифта, где мёртвая женщина почти вылезла из проёма. Она мгновенно вскинула голову; в остановившихся зрачках нельзя было ничего увидеть, но он почувствовал её страх. Женщина протянула руку, стараясь ухватить его за одежду, свалить на пол; Генри на ходу вильнул в сторону и сделал выпад ножом. Он чувствовал себя уверенно, паники не было, казалось – вот-вот чудовище будет повержено в очередной раз, уже окончательно… но тут холодная кисть защёлкнулась на его голени и увлекла вниз, в гудящую темноту шахты.
Айлин видела, как сгнившее создание собирается схватить Генри за ногу. Она что-то закричала, предупреждая его, но было поздно: Генри беспомощно взмахнул руками, а в следующее мгновение уже исчез внизу, и она перестала его видеть. Генри вскрикнул: Айлин услышала какой-то влажный рвущийся звук из шахты. Она многое бы отдала, чтобы не слышать.
Опять звук. Тяжёлые удары, нарушаемые сиплым, прерывистым дыханием. Это Генри? Или чудовище?.. Айлин отшатнулась. Неужели это конец? Нет, не может быть. Она спит. Наверное, задремала, когда слизывала сахар с ногтей. Всё, что произошло потом – только сон: и сосед с 303-й, и мёртвое существо с отслаивающейся кожей, и человек в синем плаще, которому она открыла дверь…